Покойный был человек не бедный, состоянием своим распорядился по-умному. В основном у него все в акции вложено.

– Что за тип? – Лола совершенно правильно определила, что этим самым племянником предстоит заниматься именно ей.

– По первой прикидке козел козлом, – ответил Маркиз, поморщившись, – по второй – тоже. Сама посуди: дожил человек до сорока лет, а ничего у него нету – ни семьи, ни работы приличной. Преподает в каком-то техникуме… вот какой предмет, не скажу тебе, но явно какой-нибудь нестоящий.

– Ну, сейчас уж верно работу эту он бросил…

– Можешь себе представить – нет! Ездит на работу на личной машине с шофером! Перед коллегами рыло делает!

– Нехорошо как-то… чтобы все завидовали…

– Вот такой человек. Зовут его, кстати, Вениамин Александрович Крошечкин.

– Веник, значит, – усмехнулась Лола.

– Точно! Имя характеру соответствует. Тебе нужно его очаровать, чтобы смотрел тебе в глаза, ел с руки и честно рассказал все, что он знает о записной книжке в черном коленкоровом переплете. Подозреваю, что он ее и в глаза не видел, но будем действовать методом исключения. Ничего другого не остается.

– Ох, ну как не хочется… – вздохнула Лола. – Ну вечно ты заставляешь меня валандаться с разными козлами. Нет бы предложил когда-нибудь пообщаться с приличным человеком!

– Приличные люди записные книжки не воруют, – наставительно произнес Маркиз, – впрочем, все может быть. Нам нужны четверо: экономка, шофер, он же садовник, этот самый Веник и сосед. С экономкой я сам поговорю, экономки все всегда лучше всех знают, из остальных можешь выбирать.

– А сосед симпатичный?

– Угу, симпатичный, только лет ему семьдесят…

– Противный ты, Ленька! – надулась Лола. – Ладно, так и быть, беру Веника.

На следующее утро Маркиз встал очень рано и отправился в коттеджный поселок Ромашки, где находился загородный дом покойного Николая Львовича. По пути Леня прикидывал способы познакомиться с экономкой Анной Степановной и провентилировать вопрос о записной книжке. Перебрав варианты, он решил понадеяться на счастливый случай. Иногда такая тактика приносила свои плоды.

Леня подъехал к шлагбауму, который закрывал въезд в коттеджный поселок. В будке возле шлагбаума дремал плотный мужчина в черной, несколько тесноватой ему униформе охранника. При виде машины Маркиза он широко зевнул, потянулся, выглянул в окошко и пробубнил заспанным голосом:

– Кто? К кому? Пропуск имеется?

Леня придал своему лицу строгое выражение и отчеканил:

– Спим на посту? Бдительность утратили? Почему пуговица не застегнута?

– Что? – переспросил охранник и машинально проверил верхнюю пуговицу форменной куртки.

– Известно что! – оборвал его Леня.