Они точно сбываются, если сильно хотеть.

— Люблю тебя, — шепчу ему на ухо.

— И я тебя, — аккуратно убрав выпавшую прядь волос мне за ухо, Сергей остраняется и смотрит на меня с серьезным взглядом. — Тут кое-кто хочет с тобой поговорить, Юль. Надеюсь, ты не будешь против.

Я машинально поворачиваю голову назад и в изумлении застываю. Поджав губы и вцепившись кровавыми ногтями в модный клатч, на меня смотрит Снежана.

50

Сергей

За 6 часов до"

"С момента как Юля переслала мне СМС Снежаны прошло несколько часов, но сейчас, стоя перед дверью ее квартиры, мое негодование ничуть не уменьшилось. Каждый раз когда я думаю, что был чересчур суров с ней, она доказывает, что я заблуждался. Экс-жена настолько уверилась в безнаказанности своих незрелых поступков, что сорвала резьбу даже с моего терпеливого отношения к ней, как к матери моего единственного сына. Вся жизнь для нее — глянцевое развлечение, не имеющее подлинной ценности, блестящая обертка без содержимого. Именно поэтому она, не задумываясь, очерняет меня в глазах сына, потому и Юлины успехи уничтожила одним звонком, плюсом наговорив оскорблений. Эта женщина не придает значения словам; не имеет ни малейшего представления о ценности репутации; и ей неизвестно, каково это — добиться чего-то собственным трудом. Печально, что урок ей преподать придется именно мне, потому что дела я привык решать в рамках мирных договоренностей. С ней не выходит.

Мне приходится простоять под дверью около минуты, прежде чем бывшая жена открывает дверь. Завидев меня, несколько раз хлопает глазами, комкая пояс шелкового халат. Нет, Снежана совсем не глупа: уже через пару секунду в ее глазах мелькает испуг напополам с готовностью обороняться. Прекрасно понимает, что я не на родительские посиделки к ней заехал. Так почему же наш последний разговор ее от оскорблений в Юлин адрес не остановил? Знает ведь, что я одним щелчком пальцев ее на улице оставить могу в одном этом халате. Неутешительный ответ напрашивается сам собой: виной тому годами вскормленная вседозволенность. Не знает она настоящей жизни и сейчас мне придется погрузить ее в 3Д реальность.

— А ты чего здесь, Сереж? — по-утреннему бесцветные губы Снежаны расплываются в невинной улыбке. — Позвонил пораньше, я бы чай заварила. Проходи.

Я переступаю порог прихожей и машинально оцениваю обстановку. Ремонт каким был пять лет назад, таким и остался. А ведь, помнится, я ей денег перечислял на новый в прошлом году.

— Я к тебе с плохими новостями, Снежана, — перехожу к сути того, для чего приехал. — В этой квартире ты больше не живешь и машины у тебя больше нет. Сутки тебе для того, чтобы вывести вещи.

Лицо Снежаны бледнеет, идеально гармонируя с выбеленным цветом волос, и она отшатывается назад с суеверным ужасом в глазах.