Лелеять в себе обиду и не рассказать мне о её существовании? И кого он этим наказал? Умершего человека или меня?

Сложно сказать, сколько мы проводим здесь времени. Я продолжаю сидеть, не двигаясь с места. Попеременно меня охватывает несколько состояний, то гнетуще-тревожное, когда рой мыслей грозит взорвать голову изнутри, то абсолютная пустота, ничего не хочется делать, даже дышать с трудом получается.

Всю свою жизнь я идеализировала отца, а теперь оказалось, что зря.

— Евгения Александровна, поздно уже, — неуверенно обращается ко мне один из охранников.

Осматриваюсь по сторонам. Из-за непогоды сегодня солнцу не прорваться сквозь тучи. Сумерки завладевают городом быстро.

Уходить совершенно не хочется… Холодный камень под моей рукой только-только начал согреваться, но я заставляю себя подняться. Когда мы приехали, охранник готовился к закрытию, но согласился нас пропустить. Злоупотреблять человеческой добротой мне совершенно не хочется.

Завтра пораньше приеду.

Мы уже направляемся к выходу, когда Нина тихо, так, чтобы не слышала охрана, начинает говорить.

— Жень, как я тебе сказала, Саша и твоя биологическая мать встречались недолго. Я, если честно, на тот момент даже не стала вникать — он никогда нас не знакомил, и я предположить не могла, что у отношений будут такие последствия… — она осекается. Проходит не меньше минуты перед тем, как снова начинает говорить. — Так совпало, что период в жизни брата был непростой. Возможно, девушка чего-то испугалась, я не знаю.

— А о беременности мамы отец знал?

— Нет, что ты! — она взмахивает рукой с зажатой в ней сумкой. — Анастасия ему вообще ни о чем не сказала, даже когда экстренно попала в больницу, не сообщила…

Я чувствую неловкость родственницы, но хочу получить хоть какую-то информацию. Все и так излишне долго скрывали от меня правду.

— Как он тогда узнал о моем рождении?

Нина медлит. Ей требуется время, чтобы с духом собраться.

— Родственников у нее не было, и… В общем, когда стало ясно, что проблемы серьезные, твоя мать написала отказ от ребенка, но в последний момент испугалась. Попросила какую-то санитарку связаться с моим братом. Когда он узнал о твоем рождении, уже было слишком поздно… Анастасии уже не стало.

Она находит и сдавливает мою руку.

— Ты промерзла совсем. Не хватало ещё заболеть.

Да плевать.

— С ней что-то случилось во время беременности? — игнорирую порыв её заботы."

"— Жень, мне действительно жаль. Нужно было тогда хоть что-то у Александра разузнать, но я… — Нина пожимает плечами. Понятно. Ей просто дела никакого не было до всего этого. — … Не со зла, честное слово. Брат был тогда растерян и зол, лишний раз лезть к нему с расспросами не хотелось.