Ее брат, настроенный безо всякого энтузиазма, посоветовал ей не впадать в сентиментальность, а Эндимиону, вставшему на защиту своей обожаемой, сказал, что он запоет по-другому, когда она и его начнет жалеть.

— Ты еще вспомнишь мои слова! — сказал он, — Можешь называть ангельской добротой это желание доставить удовольствие всеми и сожаление о том, что нельзя угодить всем подряд, но я называю это по-другому. Пустоголовость, вот что это такое!

— Нет, не надо! — с мольбой проговорила Черис.

— Да, да! — ответил он. — Я тебе уже говорил об этом! Если ты не прекратишь так жить, то в конце концов ты пожалеешь.

Все, что нужно, это немного решительности! Ну что из того, что миссис Даунтри и Фредерика против? Они переживут! И не смотри на меня как баран на новые ворота, Эндимион, я говорю своей сестре то, что считаю нужным!

В этот момент его отвлекла Черис, которая стала с жаром обвинять в грубости по отношению к ее благородному возлюбленному. Во время этой перепалки Эндимион, уступив Гарри его братские права, впал в глубокую задумчивость.

Вдруг он произнес:

— А ведь и правда, переживут!

Заметив, что Мерривиллы уставились на него в недоумении, он добавил:

— Ты ведь так и сказал, Гарри! Моя мать и Фредерика! Переживут! А что им останется, если мы поженимся, не говоря никому ни слова, и тогда умолкнут обе стороны! Ну, я хочу сказать, что никакого визга тогда не будет! Никаких сердечных приступов! Только подумайте, никакого смысла посылать меня с какой-то дурацкой миссией и тому подобное!

Нежный взгляд Черис загорелся от восхищения при этих словах, но на Гарри речь не произвела впечатления!

— Да, и никакого смысла сотрясать воздух дальше! Каким, черт побери, образом, можно пожениться, скрывая это от всех? Если ты вообразил, что можешь бежать с Черис, то выкинь это из головы! И если ты думаешь, что я еще буду и помогать своей собственной сестре так опозориться, то хорошего же ты мнения обо мне!

— На это я никогда не пойду! — заявила Черис.

— Да нет же! — сказал Эндимион, густо покраснев. — Хорошего же ты мнения обо мне, Гарри, если думаешь, что я решусь на такое! Несешь сам не знаешь что! Удивительно, как ты разрешаешь видеться со мной Черис наедине?

— Прекрати молоть чушь! — сказал Гарри.

 — Конечно, я ничего подобного не имел в виду. Но если ты не хочешь бежать, то о чем же тогда речь? Ума не приложу, каким еще образом можно все удержать в тайне!

— Я тоже, — уныло согласился Эндимион.

— Ну тогда…

— Да я не об этом! — объяснял Эндимион. — Просто подумал, как замечательно, если бы это было возможно.