— Ты поругалась с папой, Рора? — Майкл поднимает на меня голубые озерца, в которых плещется неподдельная грусть. — Он выглядел таким счастливым в последнее время, а теперь снова стал таким как раньше.

— А каким он был раньше, малыш? — спрашиваю и проклинаю надежду, поднявшую свою глупую голову. Мечтаю услышать, что Хейден рыдал в детское плечо о том, что жить без меня не может. Наивная сентиментальная нянька Аврора.

— Несчастным. — простодушно пожимает плечами Майкл. — С тобой он улыбается не только мне.

Те бабочки, что не передохли в животе на фоне моей двухдневной депрессии, взмывают вверх и тычут чем-то острым мне в нос, от чего в уголках глаз собираются слезы. Ох, если я разревусь на глазах у своего подопечного — это вообще ахтунг.

— Майкл, я сейчас вернусь, — отвожу взгляд в сторону, потому что воинственно настроенные бабочки с каждой секундой начинают прокалывать носовые пазухи все сильнее. — Я..

— Ты в туалет, Рора, я понял. — кивает головой малыш.

Вот это репутацию зассыхи я себе сколотила. Хотя, впрочем, сейчас мне это только на руку.

Натянув на глаза свою спасительную шляпу, способную не только защитить меня от солнечного воспламенения, но спрятать залитое слезами лицо, бегу в сторону небольшой квадратной постройки, хранящей в себе спасительное уединение и кран с холодной водой.

Вытирая щеки, топочу по коридору и, не дойдя до туалетной комнаты каких-то пару шагов, слышу два голоса: мужской и женский. Кажется, разговаривают в левом тупиковом крыле. Уже собираюсь войти в туалет, но меня останавливают знакомые грубые вибрации в голосе. Замираю с ручкой в руке, не в силах поверить в проклятое дежавю. Чертов туалетный маньяк! Он теперь еще и коридорами не брезгует. И это из-за него ты ревешь, влюбленная няня? Все-таки тот идиотский тест на Айкью не соврал: мой интеллект явно ниже среднего, если я позволила себе запасть на такого говнюка.

Мне бы захлопнуть дверь, но вместо этого я как замороженная стою на месте и продолжаю прислушиваться к голосам. Первый без сомнений принадлежит Хейдену, а вот второй… тощей Круэлле Лесли. Вот только судя по их интонациям речь о сексе и признаниях в любви совершенно не идет, поэтому я на время отключаю режим самобичевания и превращаюсь в слух. Мы, няньки, жуть какие любопытные.

— … кажется, я четко обозначил сумму, на которую ты можешь рассчитывать, тупая корова. — раздраженно рявкает Хейден. — Либо берешь ее и уебываешь на хрен с моих глаз, либо ждешь постановления суда о запрете на приближение к моему сыну и коротаешь недели в участке.

Далее следует писклявое соло от Лесли и ее стервозного голоса.

— Ох, милый, ты ошибочно думаешь, что условия здесь ставишь ты.