— Ну да, а я — жалкий любитель, хотя меня даже к этой категории отнести трудно, — призналась Настя.

В кухне она залезла на подоконник, потому что с него ей было удобнее смотреть, как Денис ловко орудует ножом и различными предметами кухонной утвари, многим из которых она даже не знала названия.

— А почему ты вообще решил стать поваром? Хотя извини, тебя, наверное, все об этом спрашивают.

Он покачал головой, показывая, что ничего страшного.

— Я с детства об этом мечтал, если честно. Многие мальчишки в детстве играют в летчиков, водителей, а мне нравилось готовить.

Ты знаешь, в детстве у нас с Сонькой была няня, подруга нашей бабушки. Сначала она сидела с Соней, потом, когда родился я, помогала маме справиться с нами обоими, а потом, когда мне исполнился год, Соню отдали в детский сад, а баба Ива, как мы ее звали, потому что у нее было сложное имя-отчество — Иветта Илларионовна, осталась нянчиться со мной.

Я провел с ней почти два года, и у нас была любимая игра. Каждое утро, когда мы возвращались с прогулки, а обедать было еще рано, она расстилала на табуретке в комнате мягкую тряпочку — мою же бывшую пеленку, такую желтенькую, в ярко-пушистых одуванчиках, а на нее ставила тарелку с порезанным яблоком, тарелку с тертой морковкой и тарелку с капустой.

У нее это называлось «сходить в ресторан». Как и все дети, я терпеть не мог овощи, а тут ел их за милую душу, аж за щеками трещало.

Потом, когда я уже был постарше, у нас в семье была традиция раз в месяц в выходной ходить всем вместе гулять. Мы каждый раз выбирались в новый район города, осматривали достопримечательности, иногда заходили в музеи, иногда папа что-нибудь рассказывал, он был прекрасный рассказчик, а потом шли обедать в ресторан, все вместе.

И была в этом такая праздничность, такое счастье, я так ждал этих наших походов, что для меня слово «ресторан» навсегда стало синонимом радости, что ли.

А потом я стал старше, начал смотреть, как мама готовит, мне хотелось попробовать, она всегда разрешала, и я многие рецепты менял, потому что мне казалось, что так будет вкуснее. Чем лучше получалось, тем больше я импровизировал. В общем, лет с двенадцати я и не представлял для себя другой профессии.

Обыденно звучит, да?

— Вовсе нет, — горячо сказала Настя. — Это же прекрасно, когда у человека есть призвание и он ему следует, а не задвигает его в дальний угол из-за дурацкой моды или каких-то сложившихся в обществе стереотипов. Ты прекрасно готовишь, я часто хожу в «Буррату», поэтому знаю. Там действительно любое блюдо вкусное.

— Спасибо. — Он улыбнулся, и Настя видела, что ее похвала не воспринята им как дежурная, что ему действительно приятно.