Губы, словно прорезанные острым лезвием, растянулись от одного края уха к другому, и вся эта «неземная красота» сейчас была направлена на меня.

— Тогда кому? — вытолкнула из себя и тут же задохнулась, увидев, как над искажённым вырастает тень, распахиваясь за его спиной тёмными кожистыми крыльями.

— Глупый вопрос, девочка. Глупппы-ы-ый… — Вздёрнув над землёй, так, что я беспомощно задрыгала ногами, он снова обдал меня своими непередаваемыми миазмами. — Ты и так всё знаешь…

Голос Делагарди показался мне в тот момент чудеснее райской музыки.

Спохватился… Пришёл!

Разумеется, дракон не стал ждать, когда искажённый исполнит приказ. Бросился к нам и сам выдрал меня из чудовищных лап. Тень зашипела, растекаясь по мятым газонам, затмевая собой блики фонарей и, кажется, отблески света в окнах.

В саду стало ещё темнее, чем было до этого.

Я снова угодила на землю, отброшенная драконом, словно шелудивый котёнок. И, к слову, была этому несказанно рада. Чем дальше от этой твари, тем замечательнее!

Искажённый, явно раздосадованный, что наше знакомство так неожиданно прервали, со звериной яростью набросился на Делагарди. Клятая тень кружила рядом, как и на дирижабле придавая убийце силы. По крайней мере, я так всё это видела. Каждый раз, когда отравленный магией атаковал, она нападала вместе с ним. Удар поддых — Эндер улетел в дерево, впечатавшись в него с громким треском.

Оставалось надеяться, что затрещала ни в чём неповинная яблоня, а не кости Делагарди. К счастью, он быстро поднялся и с не меньшей яростью, чем нападавший, бросился в атаку. Одежда на искажённом, и без того напоминавшая лохмотья, быстро окрасилась кровью. Только сложно было понять, кому она принадлежала: чудовищу или палачу.

— Отойди от него… Хватит! — шептала я из последних сил, но в этот раз тень и не думала повиноваться, неотрывно следовала за отравленным магией.

То ли моему голосу не хватало твёрдости, то ли в принципе мне не хватало голоса — я сейчас была бесполезнее того самого дерева или какой-нибудь клумбы.

А у Эндера не было оружия. Он ведь на праздник собирался, а не на кровавые разборки. Только когти, проступившие на месте ногтей. Только ярость и злость, и желание уничтожить моего несостоявшегося похитителя.

— Твой коллега сдался быстрее, — отражая удар и одним яростным рывком опрокидывая дракона на землю, с явным злорадством заявил искажённый. — С ним было легко. И… скучно.

— Со мной тебе скучать не придётся, — прошипел Делагарди и полоснул по груди убийцы когтями.

Но тот, как и прежде, даже не поморщился и с диким смехом схватился за горло дракона. Тёмная клякса в это время исполняла какой-то жуткий победный танец, кружила вокруг них, растекалась грязью и снова распахивалась крыльями полуночной твари.

Пугающая. Опасная.