Позвать на помощь, поднять тревогу, но чьи-то грубые пальцы, совсем не эфемерные, а более чем реальные, вжались мне в губы.

В нос ударил тошнотворный запах немытого тела, всё той же грязи и немного сладковатый — гниения. Меня бы вырвало, честно, но лапища чудовища сжимала крепко. Другой он выдернул меня из ванны, рывком подволок к окну, как какую-то беспомощную тряпку, и, перехватив за горло, под шум воды локтем выбил стекло.

Перед глазами потемнело, от ужаса, от отчаянья, от нехватки воздуха. Ещё несколько минут назад Делагарди был рядом, с ним я была в безопасности. Ещё совсем недавно меня окружали люди: коллеги Эндера и драконы. Там, среди гостей, этот маньяк меня бы не тронул, не подобрался.

Ещё совсем недавно всё было нормально и, если бы не клятое платье…

Дёрнулась в надежде высвободиться, глотнуть хотя бы немного воздуха. В отчаянье замычала и, не желая сдаваться, нашарила слабеющими пальцами на подоконнике осколок. Изо всех сил, которые ещё во мне оставались, вонзила стекло в руку гада, вспарывая плечо. Даже не вскрикнул. Даже не зашипел от боли! Но хотя бы ослабил хватку, дав мне возможность вздохнуть, и тут же вырвал у меня из рук моё единственное оружие, а меня, словно тряпичную куклу, перекинул через подоконник и швырнул в сад.

Стекольное крошево оцарапало ноги, холод осеннего вечера ожёг лицо, всю кожу. Зуд я больше не ощущала. Сейчас было не до зуда! Да и то, что мокрая, в одном исподнем валяюсь на влажной траве, особо не волновало.

Волновало другое — избравший меня своей жертвой искажённый.

Растягивая губы в неестественной, жуткой улыбке, он ловко перемахнул через подоконник, навис надо мной.

— Помогите! — вместо крика о помощи из горла вырвалось почти беззвучное хрипение.

В доме звучала музыка — играли музыканты. Там было всё чудесно и замечательно. Шампанское, угощения, повод позлословить в адрес пустышки-леди…

Леди, которая сейчас смотрела в глаза своей смерти.

Очередная попытка привлечь внимание оказалась провальной. Единственное, на что я была сейчас способна, — это хрипеть и пытаться отползти от искажённого на том месте, на которое вечно находила проблемы.

В том, что это за чудовище, сомнений не было.

Он двигался бесшумно, подобно тени, что утащила за собой Вильму в зеркало. Мягко ступал по влажной траве, крадучись и как будто растягивая эти ужасные мгновения. Получая удовольствие от моего страха, беспомощности, отчаянья.

Я была в его власти.

Приблизившись, схватил меня за ворот мокрой сорочки, легко отрывая от земли. В лицо ударил смрад дыханья, гниющей плоти и что-то ещё, показавшееся смутно знакомым.

Пальцы искажённого смяли ткань, ногти царапнули по ключице, и я, дёрнувшись, хрипло выцедила:

— Что тебе от меня нужно?!

— Не мне, — расплылся он в ещё более жуткой улыбке.