Он сужает глаза, и от его слов веет пугающим холодом.

— Игра? Ты думаешь, что проявлять неуважение ко мне на каждом шагу — это весело?

Его брови напрягаются. Я чувствую его жар, разрушенную сдержанность.

Каждый инстинкт подсказывает мне, что я должна прекратить давить, но я не могу.

Я не могу его желать.

Проклятье. Я даже не должна его хотеть.

— Я не играю с тобой в игры, Зейн. — Наши резкие вдохи смешались, и я выплюнула. — Я твоя учительница…

Он бросается вперед, прижимает меня к стене и вдавливает свои джинсы в мою ноющую сердцевину. Я закрываю рот руками и сдерживаю стон.

Трение его большого тела о моё посылает удовольствие, проносящееся сквозь меня, как ураган.

Зейн наклоняется к моему уху. Слишком опасно. Слишком темно.

— Я не обращался с тобой как с учителем, мисс Джеймисон. Даже близко нет. Но теперь, думаю, я дам тебе то, о чем ты просишь.

Я должна двигаться. Оттолкнуть его.

Но все инстинкты подавлены пульсирующим, вязким жаром.

— С этого момента ты будешь делать то, что я скажу. — Его властные пальцы проводят по моему бёдру и вычерчивают круг на кости. — Именно так я обращаюсь со своими учителями в Redwood Prep. — Он опускает руки ниже. — Особенно с теми, кто забывает свое место.

Его рот катится к моему.

Я готовлюсь к грубому, злобному поцелую, но он останавливается, едва встретившись с моими губами. Ухмыляется, сверкая глазами, как сумасшедший зверь.

— Если ты не будешь слушаться, как послушная девочка, — его теплое дыхание ласкает мою щёку, — я расскажу всем, что скрывается под этой обтягивающей юбкой-карандашом. — Его пальцы касаются моей внутренней поверхности бедра. — И не только это. — Он наклоняется, чтобы прошептать мне на ухо. — Я попробовал, что находится под этой юбкой. И если ты действительно не будешь вести себя хорошо, — его губы касаются моего уха, и я чувствую быстрое движение его языка, — я попробую это снова.

С моих губ срывается стон, который я не могу сдержать, как бы сильно мне этого ни хотелось. Боль между ног вот-вот разделит меня на части.

Я смотрю в его синие глаза. Мой голос задыхается.

Раздается музыкальный звон.

Без предупреждения Зейн опускает руки, отступая назад. Он засовывает один из длинных, нечестивых пальцев в рот и облизывает его.

— Ты все ещё сладкая, тигрёнок.

Ухмылка на его лице бесит, но я ничего не могу сделать, потому что мои ноги подкашиваются, и я едва стою на ногах.

— Найди время для меня сегодня вечером. Я пришлю тебе адрес. — Спокойно говорит он.

Смотрю на него, не в силах остановить прилив ненависти и гнева.

Будь он проклят до смерти.

Он вскидывает бровь.

— Я ожидаю, что ты придёшь вовремя. Ты не хочешь знать, что случится, если ты опоздаешь.

Зейн улыбается, подчеркивая сталь в своем голосе.

Без предупреждения он распахивает дверь и уходит.