Я сдерживаю стон, наблюдая за тем, как желание проступает на его точеном лице.

— Для тебя я бы сделал что-то очень близкое.

Я поднимаю подбородок.

Он снова встречает мой взгляд.

— Накорми меня. Пожалуйста.

Затаив дыхание, подхожу к кровати.

— Это было для меня.

Я зажимаю край ложки между пальцами.

Он дьявольски улыбается.

Улыбка исчезает, когда Зейн пытается выпить суп, и это раздражает порез на губе.

— Болит? — Спрашиваю я.

— Не очень. — Врёт он сквозь зубы. На этот раз его дискомфорт очевиден.

— Я позвоню медсестре и попрошу принести соломинку.

Зейн хватает меня за руку, прежде чем я успеваю пошевелиться.

Сажусь обратно и кормлю его остатками супа. Он старается не вздрагивать, но не может притворяться. Каким бы сильным он ни казался, какой бы влиятельной ни была его фамилия, он все ещё человек. И все равно уязвим.

— Осторожно. — Бормочу я, замечая, что с ложки капает суп на кровать.

Подставляю под неё ладонь, чтобы поймать суп в руку, а затем оглядываюсь в поисках салфетки.

— Я сам. — Говорит Зейн.

Его большой палец впивается в мою ладонь, и он подносит мою руку к своему лицу. Я задыхаюсь, когда он прижимается губами к центру моей руки, пробуя суп на вкус своим поцелуем.

Тепло вспыхивает во мне, собираясь в глубине души и напоминая о том, почему он так опасен для моих планов.

В его глазах появляется голодный блеск, когда он шепчет:

— Это было вкуснее, чем все остальное на этом подносе.

Я отдергиваю руку, но он крепко держит её.

Напряжение заполняет пространство между нами, когда он пристально вглядывается в моё лицо.

Чёрт. Моё сердце бешено скачет в груди.

— Зейн… — Предупреждаю я.

Его голос низкий, контролируемый и властный.

— Я знаю все причины, по которым мы не можем этого сделать, но меня тянет к тебе, а тебя — ко мне.

Никто не может этого отрицать. Даже ты.

Мои ноздри раздуваются.

— Я так близка к тому, чтобы узнать правду. Я не могу позволить себе совершить ни одной ошибки.

— Ты думаешь, что я твоя слабость, но ты ошибаешься, Грейс. Позволь мне стать твоим мечом. Твоим ядом. Позволь мне быть твоей местью. Направь меня в нужное русло, и я уничтожу того, кого ты прикажешь. Все, что ты хочешь, все, о чем ты ещё не знаешь, что хочешь, я сделаю для тебя.

У меня перехватывает дыхание.

— Но я не позволю тебе сбежать от меня.

Он поднимает мой подбородок и наклоняется, чтобы прижать наши губы друг к другу. Его запах, его горячая кожа, его грубые руки околдовывают меня.

— Беги сколько хочешь, тигрёнок, но ты в ловушке.

Угроза, сквозящая в этом шелковистом ласковом голосе, путает мои мозги. Прежде чем я успеваю придумать ответ, дверь с грохотом распахивается.

— Зейн! — Резкий голос кричит.

Я оборачиваюсь, глаза расширены, а сердце замирает.

Каждый щелчок маминых каблуков по полу — как кинжал в грудь.