У кого имелись деньги на дорогу. Кто успевал за две недели добраться до родного дома и вернуться.

Как-то ночью, когда сидела на кровати, обложившись учебниками и конспектами, я с удивлением поняла, что Новый год уже наступил. Два дня назад. А я и не заметила…

Тиллинский календарь в Чонрэе приняли около трёхсот лет назад, вскоре после того, как на престол взошёл нынешний император. Вот только Новый год здесь особо не праздновали. Главный чонрэйский праздник, ознаменовавший начало нового жизненного цикла, назывался Первый рассвет и отмечался, как и прежде, ближе к середине зимы. Притом чёткой даты он не имел и высчитывался исходя из лунных фаз. Разброс этих дат был довольно велик, что вносило определённые сложности в управление государством и организацию торговли, потому Великий дракон и решил позаимствовать гораздо более простой и унифицированный календарь у соседей. Но традиция встречать Первый рассвет вместе с родными никуда не делась, так что школе каждый год приходилось корректировать учебный план и длительность семестров исходя из даты праздника.

С тоской подумала, что пока я очередной бессонной ночью грызу гранит науки, мои бывшие однокурсники веселятся. Гуляют, строят снежные крепости, катаются на коньках и санках. Если друзья ещё живы, конечно. Последние месяцы я жила в информационной изоляции – новости из большого мира до школы не доходили.

Моргнула, отгоняя непрошеные воспоминания. Что теперь об этом думать и терзать себя? Я сделала выбор. Я сбежала… Бороться не имело смысла. Когда скоропостижно скончался старый князь, его наследник Григорий Норлесский не смог удержать бразды правления. Спустя три дня он принёс присягу Савелию Горшевскому.

Забавно, княжество всё ещё именовалось Норлесским, но правил им теперь другой род.

Смена власти прошла тихо, быстро и практически бескровно. А месяц спустя люди, которым оказались не по нраву перемены, стали таинственным образом исчезать или умирать. Среди прочих погибли несколько моих родичей – те, кто громче всех высказывали недовольство.

Наверное, я могла бы примкнуть к сопротивлению, но явного лидера у него не было – оставшиеся в живых дядья и кузены затаились. А некоторые, по крайней мере, на словах, выражали поддержку великому князю Савелию Горшевскому.

Против кого мне было сражаться? За кого? Недовольные собирались группами, вынашивали грандиозные планы и… устраивали мелкие беспорядки. В итоге простой люд больше роптал на сопротивление, чем на нового князя – по большому счёту народу оказалось всё равно, кто правил страной. К тому же когда Савелий Горшевский взошёл на престол, то отпустил на волю многих заключённых и на год снизил налоги.

Что делать, я не знала. Кому доверять – тоже.