– Сину правда убил… тот слуга? – голос внезапно охрип.

– Думаю, его подставили. Заблаговременно.

– Но тогда почему?! – вскочила я.

– Сядьте. Успокойтесь и сядьте.

Я послушно опустилась на стул. Гневом делу не поможешь. Надо держать себя в руках. Особенно в присутствии следователя.

Он налил в стакан воды, пододвинул его ко мне.

– Анастасия, вы производите впечатление умной девушки, а потому сами должны всё понимать. Или, быть может, у вас есть улики, которые указывают на иного преступника?

– Нет, – я подняла взгляд на Тин-Шиюна. – Значит, дело закрыто?

– Следствие приостановлено до выявления новых обстоятельств, – поправил меня он.

– Анастасия, что вы скрываете? При прошлой встрече вы явно рассказали не всё.

К стакану я не притронулась. Мало ли. Вдруг в воде несколько капель зелья, развязывающего язык… С другой стороны, что мне следователь сейчас может сделать? Как студентка, я нахожусь под защитой школы, а только что было официально заявлено, что преступник найден. К тому же я дворянка и чужестранка. Чтобы допросить меня с помощью ментальной магии или иных спецсредств, нужен серьёзный повод и согласие ректора… Но всё же лучше не рисковать.

– Мне нечего сказать.

– И всё же, кого вы подозреваете?

– Не знаю… Лишь уверена, что убийца не простой слуга, а Сина не первая его жертва.

Тин-Шиюн задумчиво постучал пальцами по столу. Вряд ли он мне поверил, скорее всего, до сих пор думал, что я не договаривала.

– Скажите, среди вещей этого… – я порылась в памяти, вспоминая имя слуги, – Чана правда нашли шпильку?

– И что говорит сам Чан? Он признаёт вину?

– Он ничего не помнит. Но вины не отрицает, против найденных улик сложно спорить.

Что-то мне это напоминает…

– Не помнит… как Вэйн?

– Некоторое сходство между этими случаями и правда есть.

– Возможно, есть способ восстановить память?

– Думаете, мы не пытались?.. Нельзя заставить человека вспомнить то, что он помнить не хочет. У обоих стоит мощный психологический блок. У Вэйна мы его пробить не смогли. Может, в этот раз повезёт больше.

– И бедный парень сойдёт с ума… – прошептала я, представив, как ментальные маги день за днём будут ковыряться в голове конюха.

– Зря вы так, – покачал головой Тин-Шиюн. – Мы ведь не звери. И заинтересованы в том, чтобы найти убийцу. К тому же надо узнать, как Чану удалось сохранить дар.

– То есть раньше таких случаев не было? – подобралась я.

– Были. Но редко. Каждый случай тщательно расследуется. Если будет доказано, что это вина Чана, то его казнят. Если нет, то… дар он, конечно, потеряет, но наказан не будет. Законы Чонрэйской империи строги, но справедливы.

Я могла бы поспорить, но какое дело Тин-Шиюну до моего мнения? Имперские законы никто ради меня переписывать не станет.