Одевшись, он положил телевизор в огромную сумку, в которой при желании мог бы поместиться средних размеров подросток, спустился вниз, запихнул сумку на заднее сиденье машины и отправился в путь от улицы Большие Каменщики в район Крылатского. Настроение у него было по-прежнему хорошим, Василий Викторович вообще был оптимистом и во всем умел находить положительные стороны.

Недалеко от проспекта маршала Жукова он не успел проехать на зеленый свет, хотя ему очень хотелось прорваться через перекресток. Он уже собрался было нахально проскочить на красный, но справа на большой скорости стал выезжать «КамАЗ», и Голубцов резко затормозил, больно ткнувшись грудью в руль. Выматерившись про себя, он дождался зеленого сигнала и рванул вперед. Подъезжая к следующему перекрестку, где тоже горел красный свет, он собрался было остановить машину и начал жать на тормоз, когда загорелся зеленый. Непонятная тревога кольнула Голубцова, что-то в поведении машины ему не понравилось, но он шел в потоке и на раздумья времени не было. На следующем перекрестке он снова не успел на зеленый. Но машина почему-то не остановилась. Пешеходы вышли на перекресток и спокойно отправились на противоположную сторону, слева и справа поперек его пути двинулись ряды машин, а автомобиль Голубцова несся вперед, как будто тормозов у него не было. Впрочем, теперь это соответствовало действительности. После резкого торможения несколько минут назад заблаговременно и заботливо поврежденный Дроздецким механизм вышел из строя. От страха Василий Викторович ослеп и оглох, судорожно крутя руль и пытаясь объехать возникающие на его пути препятствия, но усилий этих хватило только на несколько секунд. Перед лобовым стеклом мелькнуло искаженное ужасом женское лицо, потом раздался визг, скрежет и грохот. Все было кончено.

День, который начался так хорошо, повернулся совсем другой стороной. С самого утра Настю обрадовал Игорь Лесников, сообщив, что нашелся Оборин. А буквально через два часа стало известно, что в районе проспекта маршала Жукова произошла страшная авария, в которой пострадало больше десятка человек. В том числе Василий Викторович Голубцов, свидетель по делу об убийстве депутата Самарцева, и некая Екатерина Мацур, любовница Шоринова. Настя с грустью вспомнила шутку Лесникова о случайностях, которые помогают хоть иногда раскрывать преступления, и подумала, что не менее часто эти самые случайности раскрывать преступления мешают. Без Голубцова доказать ложь Дроздецкого и Славы Дружинина практически невозможно. Они оба будут молчать, понимая, что теперь им ничего не угрожает. Нужно будет очень долго и упорно трудиться, чтобы расколоть Дружинина. Но вряд ли удастся.

К вечеру она вдруг почувствовала невероятную усталость.