— Козлина! — шипит Саня. — По самому больному!

— Наследственность плохая у меня, прикинь? А у нас в роду князья были, между прочим! Мать рассказывала. Правда, в пьяном бреду, чего только и не придумаешь, но даже фотографии какие-то показывала. Сейчас он задумался о наследственности, а три года не думал ни о чем, на руках носил!

— Нормальные мужчины есть вообще на этом свете, Кир? Или вымерли все, как мамонты?

— Мне кажется, вымерли. Такой подставы я не ожидала. Вот как бывает, живешь с ним, любишь до потери пульса, в кровать ложишься, а потом бац! И оказывается, ты и не знала его. Совсем! Я же чувствовала, что что-то не так. Помнишь, говорила тебе? Не подвело чутье.

— Я всегда поддержу тебя, Кирусик мой! — берет меня за руку Саша. — Что бы ты не решила. Поддержу и приму.

— Спасибо, родная моя! Я знаю!

Доезжаю до дома уже ближе к ночи, меня привозит Артур, мой водитель. С Сашей провела весь день, даже за Таей вместе сходили в детский сад. Мы подружились еще на первом курсе института. И я, и она обе из маленького города. Сошлись сразу, делились шмотками, ели один доширак на двоих и мечтали о красивом будущем и безумной любви. Я же перетащила ее в Москву, куда мы с Макаром переехали, как только поженились.

В квартире темно и тихо, неуютно и даже слегка зловеще. Нерешенный вопрос так и висит в воздухе. В моей голове до сих пор не укладывается предложение моего мужа и, словно издевка, слова любви на прощание. Я запретила ему говорить о своих чувствах ко мне. Он все испачкал и измарал, растоптал доверие к нему.

Дочь, словно чувствует мой настрой, притихла. Она вообще эти дни довольно вялая. Беспокоясь о ее здоровье, записалась завтра на прием к своему врачу, пусть проверит.

Аппетита у меня нет, но я буквально заставляю себя съесть хотя бы яблоко. Мясо, которое заботливо готовила к приезду Макара, в тот же вечер улетело в мусорку. Ему пришлось довольствоваться сосисками, а я гордо ушла спать. Он порывался лечь со мной в одну постель, но я выгнала его в гостиную. Не хрен ко мне прикасаться!

На душе кошки скребут, и я понимаю, что душевное равновесие обрету нескоро. Принимаю душ, а после рассматриваю себя в огромное зеркало в ванной. Разумеется, я набрала вес, но некритично. Всего семь килограмм. Со спины так вообще, не сразу поймешь, что беременна. Растяжек нет, грудь аппетитная, налитая с чуть потемневшими сосками. Волосы длинные, густые, лицо опухло от слез. Но это ведь нормально? Глаза безжизненные, это факт. Натягиваю на себя пижаму на два размера больше и любовно поглаживаю живот.

— Мы обязательно будем с тобой счастливы, малышка! Обещаю! — тихо шепчу я и проваливаюсь в сон.

Утром обнаруживаю в своем телефоне восемь пропущенных от мужа и столько же сообщений. Беспокоится, видимо.