Не смог не вернуться. Мне так к тебе хотелось, Рассвет. Я не буду врать, что это была любовь с первого взгляда. Тяга — да, ты меня привлекала — очень. А потом…когда я приехал, понял, что уезжать уже и не хочу. Рядом было так спокойно. И оказалось, что тебе так просто открыться! Я же никому не рассказывал про Ясмин. Это унизительно! И тебе мог бы не рассказывать, ты же совсем не давила, но я захотел. Потом забрать тебя захотел. А потом взять в жены и никогда с тобой не расставаться.

Он поднимает глаза и смотрит точно мне в душу.

— Я не знаю, как это произошло и когда, но я понял, что без тебя просто не смогу. До тебя было темно и холодно. Мне было одиноко. Плохо. Воспоминания сильно давили. А когда ты появилась…все отрицательное отступило. Я будто снова стал возвращаться к тому, кем был до Изи.

Я слегка морщусь, слыша ее имя, и он прикрывает глаза. Улыбается, но горько. Кивает.

— Прости…не буду называть ее по имени.

Опускаю глаза на свои руки теперь я, потому что знаю, что дальше будет «та-самая» часть.

Через пару мгновений голос Адама звучит глуше…

— Впервые это произошло, когда я вернулся из первой командировки. Там случилась очень серьезная авария, многие пострадали. Я, как на репите видел их лица, крики, плач детей…и не сдержался. Она учила меня, что единственный вариант заставить всех замолчать — это жесткий секс. Это продолжалось долго, Лиз, не один раз или даже месяц. Почти год она промывала мне мозг.

Я слегка сжимаюсь, и Адам сразу реагирует, подавшись вперед.

Нервно так…но я не могу успокоить его голосом. Получается только кивнуть пару раз.

Адам медлит, и только спустя почти минут продолжает…

— Я не выдержал и сорвался в свое прошлое. Просто хотел, чтобы они замолчали…Не проконтролировал порывы. Я сделал тебе больно, и на следующий день ты так улыбалась мне, а я ненавидел себя…еще больше! Как я мог? Тебя? Ранить? Это было ужасно…

— И тогда я принял решение, что больше никогда не приближусь к тебе в таком состоянии. Но я знал, что оно не уйдет.

Адам снова закрывает лицо ладонями, пару мгновений дышит тяжело, а потом хрипло шепчет…

— Их было трое. Это было дико сложно. Я всегда знал, что поступаю нечестно и неправильно, но у меня не было выбора. Уйти разве что? Но я не мог представить себя без тебя, хотя это было бы честно. Я постоянно…я так боялся, что ты узнаешь, Лиза…блядь, я так этого боялся…Тебе было бы больно, и это приводило меня в отчаяние. Когда я представлял себе твое лицо…я…

Господи, главное — сейчас не зарыдать, иначе он замолчит навсегда! Но как? Когда он сам…

Не выдерживаю и подползаю к нему, стараюсь обнять, но он брыкается. Отстраняется. Лопочет что-то еще, мол…

— Лиза, не надо. Я этого не заслужил еще и…

Да заткнись! Просто.