— Да?! — обиженно фыркнул профессор. — Для тебя это только занятная история, не более, но представь на минуточку, каково мне, написавшему предисловие к этому проклятому каталогу? Вот, полюбуйся, — он развернул перед лицом Стивенса газету. — «Профессорская вакханалия вокруг русской культуры!» Это и обо мне, между прочим.

— А-а… — пренебрежительно отмахнулся Эймос, — пошумят немного и успокоятся. Потерпи недельки две, потом все забудут. Скандал на аукционе перекроет новая сенсация, и ты опять будешь прилежно строчить свои статейки.

— Эймос, не в этом сейчас дело: я хочу понять, что произошло? Кто кого так жестоко надул? Неужели мне показали подлинники, а потом быстренько сделали копии и выставили их на аукцион? Не могли же пятьдесят лет подряд ошибаться столько видных экспертов?

— Почему не могли? — повернул к нему загорелое морщинистое лицо Стивенс. — Насколько я уяснил для себя, точно установлено, что иконы написаны в двадцатые годы нашего столетия. В Европе, откуда их привезли, это могли сделать только русские.

— Черт возьми! Ты думаешь?..

— Э-э-э… Думают профессора, а старые вояки вроде меня просто сопоставляют факты, — старик взял из коробки, стоявшей на столике, сигарету без фильтра, прикурил, с удовольствием выпустив клуб едкого табачного дыма. — Ты знаешь, что во время войны с Гитлером я служил в разведке и контактировал с британской секретной службой?

— Ты раньше никогда не рассказывал об этом, — удивленно поднял брови Глабарис.

— Разве? — притворно удивился бывший полковник. — Значит, я запамятовал… Так вот, мне приходилось бывать в Европе с группами коммандос, принимать участие в их подготовке. Я даже видел русских на Эльбе. Интересные ребята… Но я не об этом. В сорок третьем году мне довелось работать вместе с одним британцем, много лет прослужившим в разведке Империи. Кажется, его звали Чарльз. Не помню фамилии, — хитро улыбнулся Стивенс, — да и зачем она тебе, искусствоведу? Этот парень рассказывал мне — надо сказать, что мы с ним очень сдружились, хотя он был старше меня — об операции «Волос ангела», которую проводила в России «Интеллидженс сервис». Как раз в двадцатые годы.

— Какое странное название — «Волос ангела». Что оно означает?

— Не знаю… — пожал плечами старик. — Эту операцию задумал и проводил бывший шеф Чарльза, который еще до революции, при царе, долго жил в России, кажется, даже в самом Петербурге, представляя там интересы английской разведывательной службы. У него, судя по рассказам Чарли, было много странностей: он интересовался древними шумерами, уединившись в своем имении, годами писал мемуары, а потом их сжег, чтобы никто не мог прочесть. Странный человек, умерший еще перед Второй мировой войной.