Ещё не знаю, каким я папой стану.

От этих мыслей зверь начинает нервничать, а во рту пересыхает.

Дети с Ками. У нас будут дети. Может, не сразу, но обязательно будут. И мне почему-то хочется поскорее. Не знаю, разделит мои желания синеглазка?

— Итак, ещё раз о нашем плане. Хватаем Ассара, тащим к Вершине и сбрасыаем. Убить его так просто нельзя, зато можно попробовать сначала лишить силы. 

— Ага. А потом убить, — хмыкает Рис. — Думаешь, получится? 

— В теории всё получается. 

— Есть другие предложения, олень? 

— А на Ками это повлияет? — ведёт плечом оборотень. 

— Скорее всего, лишит той части силы, что передалась ей с кровью древнего. 

— Она ей и нужна. Без неё прекрасно обойдётся, — важно кивает Маркус, сложив руки на груди. 

Очень надеюсь, что Камилла не особо расстроится. Лучше не иметь возможности заглядывать в прошлое, чем не жить вообще. 

— Вы почувствовали? — шёпотом произносит Рис, затем опускает ветку дерева, за которым мы прячемся, и тянет носом.

Чтобы запахи не смешивались и Ассар нас не учуял, мы все выпили специальное средство-блокатор. В нужной концентрации оно лишает запаха. Это поможет близко подобраться к врагу и остаться незамеченным. Дождь и гром тоже, кстати, на руку. 

Я, как и Рис, веду носом и сразу понимаю, о чём говорит северный волк. 

В воздухе чувствуется отчётливый запах Ассара. 

— Приготовились, — тут же командует Маркус и даёт мысленный сигнал Марине, что древний вампир здесь. 

Его жена отправилась вместе с моим отцом, чтобы держать связь с мужем, так как со мной связываться раньше времени не стоит, иначе Ассар поймёт, что загнан в ловушку до того, как мы успеем его прижать. 

Мама выжидает с другой стороны резиденции. 

— Вот он. Мудило. Явился, блять, — сплёвывает дядя Маркус, когда тень проскальзывает между широких стволов деревьев и направляется в сторону дома. 

Темнота леса скрывает волков и вампиров, притаившихся вокруг. Ассар их не чует и не видит. Мы начинаем медленно перемещаться, жестами показывая друг другу, кому и в какую сторону идти. 

Сердце грохочет в груди, зверь рвётся на волю. Запах и близость древнего ублюдка раззадоривают волка. Он настолько сильно жаждет крови, что мне едва удаётся сдерживать его. 

Стараюсь двигаться бесшумно. Благо льёт дождь и грохочет гром, скрывая в своём шуме мои передвижения. Маркус уходит левее, а Рис наоборот направо. Необходимо окружить Ассара со всех сторон, чтобы не дать ему путей к отступлению. 

Я наступаю на ветку, и тут же кошусь на древнего. Кажется, не услышал. 

Надо подогнать его ближе к дому. Вывести из леса, чтобы не было помех для борьбы. 

Ублюдок так уверен в своей победе, что я аж в воздухе ощущаю запах его триумфа.