Кирилл озадаченно постучал пальцами по столу и снова окликнул Хальвдана, который за время его молчания уже успел отвлечься, хоть и не переставал следить за ним краем глаза.

— Эй, Хальвдан. Ты Младу не видел?

Верег поморщился, подливая себе в чарку ещё мёда.

— Я ей не нянька. С чего бы мне знать, где она шатается? Может, спит уже. Думается мне, она не жалует пиры, — он обвёл рукой чертог.

И то верно, Млада не была похожа на ту, кто любит, когда вокруг неё много народа. В дружине она всегда держалась особняком, подпускала к себе только Медведя, которому, как говорили, время от времени всё же доставалось, если тот слишком ей докучал. Не удивительно, если она просто ушла спать. Но мало ли…

— Виген, — позвал Кирилл начальника стражи. Тот с готовностью вскинул голову. — Скажи страже, чтобы следили за воротами лучше. Никто не должен сегодня выходить из детинца без твоего ведома.

Он поговорит с Младой и тем мальчишкой-вельдом с утра. А сейчас не мешало бы хоть немного отвлечься ото всех забот прошедшего дня, если только Хальвдану снова не захочется полезть на рожон. Но верег, кажется, и сам оставил надежду довести начатый разговор до конца. Он уже вовсю налегал на принесённого только что осетра, запечённого на углях, приправляя его изрядной долей медовухи.

Полночь миновала давно. Столы пустели, обессилившие от съеденного и выпитого кмети вяло расползались по избам. Но будут и те, кто досидит до утра за тихими разговорами и последней чаркой, на дне которой будет плескаться капля мёда. Знать, парни, проспавшись, и не вспомнят, о чём судачили всю ночь, но сейчас всё сказанное наверняка казалось им очень важным. Ну и пусть. Скоро им будет не до пиров и праздников. Всем придётся тяжко.

Кирилл, сонно моргая, размял затёкшие от долгого сидения плечи и медленно встал. Выпил он не сказать чтобы много — скорее о себе давала знать усталость — но каждое движение давалось ему с невероятным трудом. И ещё более сложным испытанием казался грядущий подъём по лестнице до своих покоев. Уже в спину догнали его тихие невнятные голоса воевод, которые за вечер успели и повздорить, и помириться, а сейчас так же, как и он, наверное, не могли найти в себе сил просто подняться с места.

В переходах замка и башне было тихо. Стражники, видать, уже разбрелись по тёмным углам и прикорнули, пользуясь тем, что с них сегодня никто ничего спрашивать не станет. Кириллу было всё равно. Он вошёл в свои покои и бросил на лавку рядом с дверью снятый на ходу кожух. Тот соскользнул и упал на пол — ну и пёс с ним, доплестись бы до постели. Кирилл потёр глаза и едва не вздрогнул, когда, отняв руку от лица, обнаружил, что в светлице его ждёт Геста. Подумал даже поначалу, что примерещилось. Но девушка и правда была здесь.