Но он зацеловал бы ее всю! Прямо сейчас. И увлек бы за собой в замок. Или в сад. Куда угодно, лишь бы остаться вдвоем. Ведь не было ничего на свете волнительнее ее синих глаз, поворота головы, заливистого и искреннего смеха, улыбки, розовых щечек, пряди, упавшей на лоб… Иррандо пошел за ней, как привязанный. Просто не мог иначе.

Да, конечно, она голодна! Вон как набросилась на пирог со слизнями! Чуть дочку кузнеца с ног не сбила…

И вдруг Аня обернулась. В ее глазах стояли слезы.

— Я тебя чем-то обидел? — опешил Иррандо.

Она молчала, со страдальческим видом дожевывая кусок пирога.

Стряхнула крошки с губ. И наконец выговорила:

— Лучше бы ты все время был драконом. Потому что все это… Я не могу! Я пыталась, но я не могу… Так не честно!

— Я не обманывал тебя, Аня… — нахмурился Иррандо. — Возможно, я не знаю каких-то обычаев, принятых в твоем мире, но я так воспитан и не знаю, как должно быть иначе. Объясни, в чем моя вина?

— Во всем виноват Альказаэдр. И Око, — выдавила Аня. Крошечная слезинка выскользнула из ее глаза и скатилась по щеке.

У Иррандо перехватило дыхание: чертов Верховный маг все-таки рассказал ей о всех нюансах заклятия? Дьявол! Посланник преисподней! Маг требовал наследника, а сам сделал все, чтобы не было ни свадьбы, ни ребенка.

Появился, когда только начали налаживаться отношения с Аней, и наговорил такого, чтобы она расценила сдержанность Иррандо как обман. Но, святые силы, он уже устал оправдываться…

— Если ты хочешь, чтобы я всегда был только драконом, уезжай, — бросил Иррандо. — Ты уже знаешь, таковы и были условия заклятия. Я просто не хотел давить на тебя. На твой выбор. Но он и без того очевиден. Да, я хотел быть с тобой. Не сразу, но потом понял.

И в этом большее проклятие. Будь спокойна, я буду драконом. Навечно. Уже очень скоро. Извини, что не в состоянии сделать тебя счастливой! — Он развернулся, проклиная все на свете, сделал несколько шагов прочь. Затем вернулся и вложил в ледяную руку Ани чашечку от инжидельников. — Можешь сколько угодно кормить свой афон. Сюда красного слоника хоботом, сюда синего. Щелкни их по спине. Все. Наслаждайся.

И ушел, жалея, что не может сразу раскрыть крылья.

— Подожди! — спустя несколько секунд раздался позади ее голос.

Но Иррандо не оглянулся и прибавил шагу.

Слишком больно было сейчас! Невыносимо быть нелюбимым! Он не сможет ей сказать чего-то еще. В любом случае Аня все выразила этой своей фразой. Режет на живую. Без обиняков и обезболивающей магии. Возможно, это и правильно! Пусть лучше сразу, чем мучиться в неведении три месяца, льстить себя надеждами и изнывать от любви.

«Ага! — стиснул зубы Иррандо. — Кажется, это мантия Альказаэдра голубеет у террасы? Незваный гость хуже перукканского козла к столу. Что ж…»

И Иррандо направился к нему.