Теперь Дораш самый юный из практикующих шаманов, за его плечами все восемнадцать родовых духов и девятнадцатый — сам Халах. Дюш сам пригласил их прямо над телом деда. Вина́ за сломанные надежды брата на мне. Я поманила его новой жизнью, я и лишила шанса ее прожить!

— Не плачь, моя хорошая, — уговаривал Вит, принуждая высморкаться, как Тита, — не плачь. Дораш сейчас услышит и примчится, ты же знаешь. А он устал после гимнов. Ну, успокойся…

Конечно, Дюш услышал. И даже позволил себе прикрикнуть ментально, мол хватит уже, страдать, я всем доволен! Мне еще предстоит привыкнуть к такому Шуни. Рано повзрослевшему и властному. Все имеет обратную сторону. Врожденная деликатность и дипломатичность, за которые Дюш страдал все детство, трансформировались в спокойную непререкаемую волю. Именно он смог потихоньку раскачать всю ближайшую степь на подпитку переправы. Мотался по стойбищам, контролировал Цхыват и убеждал, убеждал, убеждал. Мы с Витто тогда почти поселились в его шатре, пытаясь поддержать старую аббаси, а на деле это она поддержала меня. Мудрая была женщина. Это она нашла слова, чтоб снять с меня вину, которая душила, как грудная жаба. Простые и понятные слова:

— У Дораша на той стороне реки жизни бы все равно не было, — ворчала она потягивая свой невозможный соленый жирный чай, — или около твоей юбки сидеть, или пропадать.

— Почему пропадать? Выучился бы и поселился в городе.

— Э-э, голубка! В моем внуке живет степь, она им правит, даже если он не хочет. Чтоб стать таким, как твой муж или как Кира, с детства учиться надо, а Дораш не так уж умен. И не маг к тому же. Нет, Дораш все равно бы вернулся! Я это знаю, это знал мой старик. Всегда знал, просто ждал, отгоняя смерть. Не кручинься, голубка, и не дури. Вот будут у Дорашика дети, воспитай их. Так воспитай, чтобы и степь и город уживались, тогда Халах будет доволен.

Когда аббаси подарила мне четкую цель, вина́ отступила под натиском конкретных задач.

Буду я еще ждать! Чтобы дети получали правильное воспитание, нужно создать условия! Заранее!

Вит улыбнулся и на ходу потерся щекой о мой висок. Он тоже любит эту часть воспоминаний. Деятельная жена ему нравилась больше тоскливой. Так в стойбище пестрых котов, посреди войлочного царства, появился первый каменный дом. Без излишеств, но раз в пять попросторнее самого огромного шатра. С крыльцом, нормальной дверью и окнами. Дораш был счастлив. Спать на кровати ему нравилось больше, чем на полу. Руши даже удобства соорудить исхитрились, пусть и примитивные для начала. Аббаси исстрадалась — кто же за такой махиной ухаживать-то будет. Тут и трех жен мало! Ха! У моего шуни, на минуточку, вся семья — маги.

Старейшины, бурдюки горклые, попробовали было отжать домик у молодого скромного паренька. Ну-ну.