— Как уговаривались, — болотник уж хотел шагнуть вперед, когда Лесьяр перегородил тому путь, метнув черный сгусток под ноги.

— Стой, где стоишь, — заявил со злостью. Болотник от того оторопел, казалось, струхнул даже, но хохот Арьяна, содрогнувший своды подземья, всю картинку перечеркнул.

— Ты, кажется, не разумеешь, маг, — полоз ткнул указательным пальцем девушке под подбородок, принуждая ту задрать голову. А следом надавил чуть сильнее. Веся всхлипнула, ощущая, как теплой струйкой потекло по шее да за ворот платья.

Для чего потребна ее хваленая сила, ежели в пору настоящей опасности она и употребить ее не в силах. Источник в груди едва плескался. Заторможенный, какой-то сонный, он словно и не чуял, что хозяйка его в беде. Ежели прежде тот в узде приходилось с силой сдерживать, то теперича, когда он так нужен, ведунья не могла до оного докричаться. Хотя и смутно представляла, что станет свершать, ежели то ей удастся. Ибо попробуй дернуться, когда в твое горло вонзаются острые, точно бритва, когти.

— Отпусти ее… — Лесьяр толковал едва слышно, но столько ярости в тех словах звучало…

— А чтоб и не отпустить? — проскрипел с усмешкою и пихнул ее вперед. Тотчас зал тьмой затопило, только Базан что-то в пол шарахнул, что вспышкой света разбилось. А после серебристый туман заклубился, по каменной кладке выстелился.

Лесьяр попятился, мечась взглядом меж маревом, да Весеньей, что на камнях растянулась, да с ужасом глядела на подступающее заклятие, во тьме всполохами сверкающее.

А от стен отражался хохот жуткий. Старушечий. Кагара была уж близко.

Веська и моргнуть не успела, как мгла ее без остатка поглотила. Покрыла с головой, в нос, в рот, в сами глаза забиваясь, обжигая ранку на шее. Казалось, потекло еще шибче. Зашумело в ушах. Она вытянула пред собой руки связанные, пытаясь хоть что нащупать, отыскать себя в пространстве, но окромя пустоты ничегошеньки не находилось. Только ноги босые в подоле платья путались. Страх ознобом липким по коже пополз, рот наполнился горькой слюной, в горле ком встал. Ни закричать, ни зашептать. Губы точно склеились, и даже стон неспособна стала издать.

Лесьяр же тем временем со всей возможной скоростью выплетал защитные чары, пальцы складывал в немыслимые фигуры, приговаривая слова на древнем языке. Арьян, на то глядя, лишь потешился:

— Не выйдет у тебя с этим проклятием справиться, — прошипел полоз, — не старайся. Старуха сама его под тебя изготовила.

Словил взгляд Хозяина змей, да чары свои раскрутил, рассудок его плавя. Лесьяр зарычал, пытаясь скинуть незримые путы, на миг лишь сбился, но и того хватило, чтоб кружево заклятия нарушить.