Этот район Нью-Йорка, где угнал взятый напрокат «Форд» гражданин США Эндрю Мартенсон, знает весь мир…

Мартынов отсутствовал в Нью-Йорке всего несколько месяцев, но ему казалось, что он здесь впервые. И тем удивительней было сталкиваться с фактами и явлениями, существование которых было бесспорно. Каждую минуту, словно одержимый приступом де жавю, он наблюдал за появлением предметов и людей, встречавшихся ему ранее. Он точно знал, что сейчас пересечет Avenue of Americas, и на противоположной стороне увидит старика-негра, одетого в Старсе драповое пальто, с бейсбольной кепкой на курчавой седой голове и с неизменным «Нью-Йорк Телеграф» в кармане. Газета будет, конечно, за вчерашнее число, и Мартынов, притормозив, протянет ему доллар, услышав в ответ неизменное: «OK, brother Andrey». «Andrey» всегда получалось у старика смешно и всегда с трудом.

Мартынов знал в Нью-Йорке каждую улицу, каждый дом, но поездка на родину превратила эти знания в фантастический мираж, путавший сознание.

Этого не случилось бы, не отправься он по заданию босса, Стива Малкольма, на поиски сына известного советского боксера Виктора Малько-ва. Где-то там, в российской глубинке, затерялся призрак из 70-х, наследник десяти миллионов долларов, являвшийся частью большого плана Малкольма и Малькова-старшего.

Мартынов должен был найти Артура, передать ему три миллиона долларов и вернуть из французского банка семь, – для мистера Малкольма. Дельце, конечно, мутное, однако не самое мутное из тех, что предлагал Мартынову для выполнения президент «Хэммет Старс». За работу исполнитель должен был получить сто пятьдесят тысяч, и дело бы выгорело, оно обязательно выгорело бы! – если бы Малкольм не решил устранить Мартынова, как главного теперь владельца тайны о десяти миллионах.

Все в плане Стива сначала перепуталось, потом накрылись главные составляющие, а после и сам план рухнул, как карточный домик. Стиву Малкольму не нужно было мешать Мартынову жить… Это была ошибка, error. Стив поставил много вопросов, которые пока оставались без ответов.

Крутнув руль, Андрей выехал из центральной части Манхэттена.

Снова оказавшись в Манхэттене, он смотрел из окна машины по сторонам и вспоминал, как пять лет назад он начал знакомство с этим городом.

По требованию зятя Малкольма Флеммера он посещал уроки английского и начальную школу для эмигрантов, в которой преподавались предметы, которые так необходимы дикарям, приехавшим в сей процветающий рай из одичалых мест. На первом же уроке от учителя Эдвардса, седого негра, работавшего в школе в качестве отбывания наказания за сопротивление полицейским в нетрезвом виде, Мартынов узнал, что город официально называется City of New York, а в простонародье – Большое Яблоко.