Подсознание шепнуло, что я дурак и что моя слепота не имеет никакого отношения к величию этого момента. Все эти ощущения дарит мне Шарлотта. Все дело в ней, и это правда.

– Тебе хорошо? – спросил я. Самолюбие запрещало мне показывать слабость, ведь из нас двоих именно мне требовалась уверенность в том, что я не распадусь на миллионы световых частиц.

– Да, – выдохнула Шарлотта. – О, да. Мне так хорошо с тобой. Так хорошо…

– Ты потрясающая, – я медленно вращал бедрами. – Ты такая… – о какой можно только мечтать.

Я накрыл ее губы своими и начал двигаться быстрее, а Шарлотта теснее прильнула ко мне, вжимаясь бедрами в бедра, вбирая меня еще глубже.

Из ее рта струились прекрасные звуки: стоны, прерывистые вздохи, шепот из слов «да», «еще», «сильнее» и моего имени, вновь и вновь. Да, она жаждала этого ничуть не меньше меня.

Ладони Шарлотты скользили по моей спине, ногти впивались в кожу, как зажившую, так и чистую, не замечая уродства. Затем она зарылась пальцами в мои волосы, проводя по ужасным шрамам без малейшего отвращения. Принимая мои изъяны. Больше чем принимая. Она не закрывала на них глаза. Она просто не видела различия между обезображенной кожей и целой.

Шарлотта хотела меня таким, какой я есть. Кому еще так повезло, как мне?

Возбуждение нарастало, тело двигалось в своем собственном ритме, и я сдерживался из последних сил. Шарлотта сдвинулась подо мной, ее руки соскользнули с моей спины, и она припала к моим губам в страстном, ненасытном поцелуе. Застонав в ее губы, я сжал левой ладонью ее напряженную грудь, огладил ключицу, плечо и обнаружил, что она обеими руками вцепилась в изголовье кровати.

В сознании развернулась прекрасная картина: сцепленные над головой руки, запрокинутая голова, приоткрытые от наслаждения соблазнительные губы.

– Да, – простонала Шарлотта, словно отвечая на вопрос, задаваемый моими ищущими ладонями. – Не сдерживайся, Ной. Я хочу этого. Хочу тебя. Жестко. Пожалуйста…

Боже! Как можно говорить подобное и при этом оставаться подо мной такой хрупкой, нежной и сладкой? Неважно. Она хотела того же, что и я, и тело незамедлительно подчинилось ее отданному с придыханием приказу.

Я уперся в постель обеими ладонями и вошел в нее резко и глубоко. Шарлотта вскрикнула от удовольствия и обвила ногами мой торс.

Наполняя ее собой, я с каждым разом двигался все быстрее и жестче. Затем Шарлотта – боже мой, что за женщина! – с силой сжала меня своими бедрами и приподняла их с кровати, встречая каждое мое движение. Я вновь и вновь проникал в нее, приближая нас к краю блаженства, о котором раньше не мог и подумать.

Теперь Шарлотта не стонала, с каждым моим толчком она вскрикивала, кричала от удовольствия, и я отпустил себя, перестав бояться, и потерялся в ощущениях. Все тело пылало в огне.