Ну почему умный следователь, человек, который за версту чует ложь, имеет огромный опыт разоблачения людей, хитрости которых позавидуют все обезьяны мира, вот по какой причине он сам не способен соврать?

– Нашим сойкам, дятлам и белкам определенно может понравиться пирог, – стараясь не расхохотаться, заметила я, – у тебя на лице крошки.

– Крошки? – повторил полковник.

– Да, – подтвердила я, – от выпечки! Но понимаю, ты ее просто попробовал, как ответственный человек. Вдруг еда отравлена?

Александр Михайлович заморгал, начал кашлять. И тут раздался звонок в дверь. Со словами «немедленно открой» Дегтярев ушел, а я впустила в прихожую женщину, одетую в серую куртку. На дворе апрель, но погода теплая.

– Добрый день, – тихо поздоровалась она, – меня зовут Алевтина Федоровна Зубарева. Договаривалась о встрече сегодня в пол-первого.

– Рада вас видеть, – заулыбалась я, – проходите, пожалуйста.

Клиентка вынула из сумки мешок со сменной обувью.

– Не снимайте ботинки, – предложила я.

– До сих пор боюсь, что покойная мама узнает, дочь потопала в дом, не надев тапочки, и меня убьет, – улыбнулась Алевтина. – Пятьдесят три года недавно прозвенело, а я до сих пор побаиваюсь родительского гнева.

Пройдя в кабинет, Зубарева села в кресло и смущенно пробормотала:

– Не знаю, с чего начать. Никогда не общалась с полицией.

– Мы частное детективное агентство, – улыбнулся Собачкин, – не имеем права задержать вас, даже если кто-то задушили.

– Ой нет, – замахала руками Зубарева, – на такое не способна. Вообще-то убить решили меня! Хотя, может, просто делаю из мухи слона?

– Полагаете, ваша жизнь в опасности? – задал свой вопрос полковник.

Алевтина вытянула правую руку и начала загибать пальцы.

– В декабре прошлого года, тридцать первого числа я отравилась. Спать легла поздно, пока со стола убрала, гостиную в порядок привела… Угомонилась в четыре утра, в семь будильник прозвенел, надо вставать, завтрак всем готовить. Пытаюсь сесть, а не могу. Голова кружится, сердце то бьется, то замирает, тошнит. Испугалась, вдруг в яйцах, которые для домашнего майонеза использовала, имелся сальмонеллез. Беру продукты лишь у проверенных продавцов, знаю их не один год. Но всякое возможно.

– Врача вызывали? – спросил Семен.

– Да, – кивнула посетительница.

– Из какого медцентра?

– Клиника «Форкинс», – уточнила женщина, – меня отвезли в стационар. Сказали, что пищевое отравление. Я решила, что рыба или яички виноваты.

Кузя уставился в один из своих компьютеров.

– Провела в больнице две недели, – продолжила Алевтина, – вернулась домой. В феврале, третьего числа ни с того ни с сего решила себе праздник устроить. Купила в кондитерской кусок торта, безе со взбитыми сливками и клубникой.