Не отбойный же молоток сюда приволокли, чтобы в калитку постучать?

— Дочь явилась. — Непонятно с каких кочерыжек заключает Дальхис и решительно отворяет, не обращая ни на что внимания.

Снаружи и в самом деле обнаруживается Мартинес, правда, напару с Эрнандес.

— Я присутствовала при всей беседе. — С порога сообщает Айя, обращаясь лишь ко мне и незаметно касаясь ногтем своего концентратора.

Пронзительный взгляд матери она "не замечает" и добросовестно игнорирует:

— Рыжий, я услышала все твои вопросы старшим. Могу в этой связи попросить тебя об одолжении? Сама, от собственного имени?

— Э-э-э, да. — У неё получается меня озадачить.

В следующий момент они с Эрнандес аккуратно оттирают опекуншу и подхватывают меня под руки:

— Погнали кое-куда, наедине пошепчемся. Сюда потом вернёшься, если захочешь.

— Куда собралась? — холодно интересуется Дальхис.

— Потом расскажу, не сейчас, — отмахивается от неё Айя, явно попирая некие внутренние семейные родительские претензии.

Видимо, у меня на лице тоже отражаются определённые мысли, потому что в следующую секунду две латиноамериканки используют уже известное мне расширение на силу и банально поднимают меня в воздух.

После чего тупо несут на выход.

— Уверены? — ну не драться же ещё и с ними, в самом деле.

Тем более что я ничего не могу в таком положении, кроме как болтать ногами на весу.

— Ты хоть раз в жизни пострадал из-за того, что послушался меня? — вроде как задаёт вопрос, но на самом деле отвечает Мартинес-младшая, продолжая транспортировать меня на выход.

По поводу прожигающего сталь взгляда своей матери она даже не чешется.

— Ты нам доверяешь полностью или с какими-то оговорками? — в лоб рубит со своей стороны Эрнандес.

— Первое. Но это не исключает мое...

— Ну вот и погнали, пошепчемся, — перебивая меня, итожит Айя. — А маманов потом потиранишь.

— Мою маман и маман Миру. — Затем она бросает через плечо в дверях, не опуская меня на пол. — Миру, ты едешь с нами. Догоняй и не отставай.

Хамасаки-младшая возмущённо задирает брови на затылок, открывает рот и явно собирается что-то ну очень эмоционально ответить.

— Пожалуйста. — Добавляет мягко Эрнандес. — Это и моя очень сильная к тебе просьба.

На удивление, необычный аргумент срабатывает.

— Только если так, — ворчит "сестра", отлепляясь от компании взрослых и выходя за нами следом.

— ВЫ КУДА? — обе родительницы, забывая о неотложном, возмущённо и решительно направляются за нами.

Судя по их лицам, явно не за тем, чтоб нас обнять или поцеловать.

— Я возьму хорошее сопровождение, не ходите следом, — Айя не уступает. — Мам, ты остаёшься здесь.

Дверь бункера бесшумно закрывается её ногой, отрезая от нас все звуки изнутри. Оказывается, под этим расширением и так можно.