— Договаривай?

— Пф-ф-ф, так мы ещё не прикалывались. Групповуха у вас была, и есть. Регулярно. Людей вы уже того... понимаете, о чём я. А вот свадьбы и детей ещё не было. Прикольно же! Что-то новенькое. — Азиатка честно похлопала глазами.

— Она не врёт. Реально хочет повеселиться за наш счёт, — хмуро объявила подруге Мартинес.

— Эй, я не понял. — Рыжий напрягся. — Ты против?!

— Да не против я! Просто думаю, как маме с папой сказать...

— Давай я скажу? — легкомысленно предложил Седьков. — Они ж всё равно знают, что мы живём втроём. По мне, они радоваться должны: хоть узаконим отношения. Эй, чего ты так смотришь?!

— Да я не о том. О желании жениться я и сама запросто, это без проблем.

— А чё тогда такая озадаченная?!

— Четвёртая неделя. Думаю, как маман воспримет, что станет бабушкой до сорока.

— Херасе. — Рыжий очаровательно икнул и выпрямил спину, словно проглотил ручку от швабры.

— Тоже. — Эрнандес невозмутимо подняла вверх правую руку. — Третья неделя. Но я своим уже сказала. Их идея свадьбы обрадует.

— Виктор, прости меня. — Обычно флегматичная Хамасаки перегнулась через стол, чтобы коснуться лбом лба брата. — Я думала тебе о них раньше сказать, но не хотела быть первой. Сейчас горжусь тобой: твоё шестое чувство уверенно провело тебя куда надо через перипетии авантюризма к правильному решению.

— Ты сейчас о чём? — Седьков выглядел весьма своеобразно и красноречиво.

— Ну они тебе сказать стеснялись. Ты молчишь и молчишь — предложение только сейчас сделал. А как свадебное платье на живот натягивать? — пояснила японка. — А каждая девчонка всегда мечтает о белом платье, это я тебе как девчонка говорю.

— Херасе. Так, когда встречаемся со всеми родителями? — Виктор словно закусил удила и сейчас выглядел старше своих лет.

— Расслабься. С родителями мы сами порешаем, — решила сбить накал напряжения Мартинес. — Главное ты сказал, горжусь тобой. Можешь расслабиться и дать любящим тебя женщинам о тебе позаботиться. Когда летим и где банкет — решим без тебя. Тебе скажем до конца сегодняшнего дня.

— Твоё предложение принято. Мы за тебя выходим, — улыбнулась Эрнандес.

— А я буду твоей ближайшей родственницей и по совместительству подругой обеих невест. — В своей обычной серьёзной манере закончила японка.