Мартинес говорят, у них была добрая половина крыла мини дронов. Абсолютно незаконная комбинация на чужой территории, взяты с поличным и будут переданы властям федерации после того, как закроются все вопросы к ним со стороны ESCOBAR FRUITS AND VEGETABLES.

— Печально. Виктор, знаете, в чём плюс системы сдержек и противовесов?

— Если существует функция, её делят и частями поручают двум конкурирующим структурам. Если одна из структур облажалась и для самосохранения жертвует тем, чем не должна, временно это компенсируется тем самым конкурентом. Возвращаясь к вопросу плебса: а иногда конкурентов бывает и более двух, — он по-прежнему снисходителен. — Минус один из группы — лучше финансирование прочим, потому что его долю поделят. Хотя да, — здесь дипломат снова вздыхает. — Людские судьбы. Тоже какие-то единички.

— Прикольно, — бормочу, впечатляясь подходом.

— Вы в силу юношеского максимализма, я упоминал, считаете, что все люди одинаково ценны. Это заблуждение, несмотря на то, что вы в первом списке федерации.

— Да вы, батенька, революционер. Так интерпретировать вашу собственную конституцию.

— Не ёрничайте, — посол морщится. — Социальной иерархии никто не отменял. И да, интересы буквально нескольких сотен тех, кто наверху, вполне могут перевесить интересы миллиардов тех, которые ниже. Только об этом нигде не скажут вслух, а вы можете так и остаться молодым дураком, если жизнь вас ничему не учит. И если мои слова для вас не авторитет. Какие ЕЩЁ будут козыри? — ирония становится сильнее.

— Да в принципе всё. Мне так и говорили, что вы ответите что-то в этом духе. Ожидаемо.

— Чужая нога всегда болит меньше, — спокойно кивает дипломат. — Человек человеку может и не волк, но в рамках государственной службы друзей не бывает, особенно если речь о взаимодействии между структурами. Только личные интересы. Добро пожаловать в реальный мир.

— Предлагаю завершить словоблудие и предметно обсудить вашу квоту, как собственника, в будущих проектах вашего наследства. Заодно согласовать эти задачи, поскольку рулить от вольного не получится. Надеюсь, вы это понимаете?

— Жизненно. Скажите, вы действительно не понимаете, какое великое одолжение вам сейчас делается? Моими устами — но тем не менее? Вы действительно считаете, что можете на что-то там претендовать без разрешения...? — он поднимает и опускает глаза. — Вы правда верите в тот бред, который несёте о своих "правах"? Я надеюсь, что всё же разговариваю со зрелыми взрослым человеком, — добавляет он вроде как уважительно.

— Зачётная манипуляция. Впрочем, дипломат должен уметь общаться. Господин посол, в этом месте меня просили с вашего разрешения подключить третьего человека к разговору.

— Без проблем.