– Так почему бы не снять плакаты и не разрешить людям иметь столько детей, сколько им хочется?

– Люк, перестань искать в этом какой-то смысл, – закатила глаза Джен. – Пойми, это правительство. Поэтому нам и нужно провести митинг…

Люк тут же быстро сменил тему.

– А чем же занимаются беременные женщины, если не могут никуда пойти? Про людей не знаю, но у свиней дети появляются через четыре месяца. Неужели женщины всё это время сидят дома?

– Хочешь сказать, прячутся, как мы? – спросила Джен. Она попалась на удочку и отвлеклась. – Многие просто притворяются, что располнели.

Мама рассказывала, что в тот день, перед тем, как меня родить, ходила по магазинам, и никто ничего не заметил. Но это же моя мама!

И потом добавила, как мать потащила её за покупками в город в десяти часах езды отсюда, потому что, по слухам, там продаются хорошие дамские сумочки.

– Наверное, именно поэтому братья не сдают меня в полицию, – заметила Джен. – Если бы не я, мать затаскала бы их по магазинам. Представь себе эту парочку горилл с сумками!

Она забавно изобразила, как еле тащит набитые всякой всячиной пакеты.

Хотя Люк видел её братьев только издали, он уловил сходство и захохотал.

– Братья тебя никогда не выдадут, – возразил он. – Никогда.

– Конечно, – согласилась Джен. – Они меня лю-ю-бят.

Она шутливо обняла себя и плюхнулась рядом с ним на диван.

– У них просто ума не хватит, как меня выдать и не навредить родителям и себе заодно. А твои?

– Мои не дураки, – возразил Люк. – Или… ты о чём?..

– А они тебя не выдадут? – прищурилась Джен. – Не сейчас, а когда-нибудь потом, в будущем, когда не станет родителей. Плохо от этого будет только тебе, а они получат кучу денег…

Об этом он раньше не задумывался.

Но ответ знал.

– Никогда, – срывающимся голосом без колебаний заявил он. – Я в них уверен, как в самом себе, мы ведь вместе росли.

Странная уверенность, потому что теперь братья даже дразнили его крайне редко. Мэтью серьёзно ухаживал за девушкой, проводя каждую свободную минуту у неё дома. Марк неожиданно увлёкся баскетболом и даже уговорил отца прибить старый обод от колеса к амбару вместо корзины. Люк слышал, как он допоздна бросает мяч в кольцо.

Хоть Люк и чувствовал, что братья его переросли, в их преданности он был уверен.

Но всё это не имело значения. Теперь у него была Джен. Остаток дня Люк удерживал Джен от разговоров о митинге, и к компьютеру они даже не подходили. Просто развлекались. Через несколько часов он пополз домой, размышляя о том, что в принципе не возражает прятаться. Так могло продолжаться вечно, лишь бы они с Джен могли встречаться. Скоро на деревьях вновь зазеленеют листья, и пробираться к её особняку будет не так страшно.