«Нам стало известно, что вы приобрели избыточное количество пластмассовых труб, используемых для проращивания семян, выращивания растений во внутренних помещениях», – так начиналось письмо.

«Поскольку данная методика производства преобладает в выращивании запрещённых культур, приказываем вам немедленно прекратить работы и отказаться от дальнейших противоправных действий…»

Люк прочитал письмо за ужином после неудачных попыток остальных членов семьи понять то, что там было написано. Надо отметить, что, одолев толстенные книги, предложенные ему Джен, он перестал пугаться причудливых слов.

– Тебе приказывают прекратить работы, – пояснил Люк. – Боятся, что ты будешь выращивать что-то незаконное. А здесь, – он ткнул пальцем в письмо, хотя все остальные сидели за столом, далеко от него, а он на своём обычном месте, на лестнице, – здесь говорится: «передать все материалы для вынесения судебного решения». Это значит, ты должен передать им всё купленное оборудование, а они решат, штрафовать тебя или нет.

Родители и братья изумлённо на него уставились.

– Наркотики.

Подозревают, что ты собираешься заняться наркотиками, – хихикнул Марк.

Отец бросил на него презрительный взгляд.

– Смешно? Посмотрим, что ты запоёшь через год, когда ботинки станут малы. На новые-то денег нет и не будет.

– Как-нибудь переживём, – спокойно сказала мать. – Не вперво́й.

Отец отодвинулся от стола.

– А может, подать заявку? – воскликнул он, ни к кому не обращаясь. – Может, если подам заявку…

К тому времени Люк дочитал письмо до конца.

– На гидропонику разрешения не выдают. Тут дальше говорится, что её всегда применяют для незаконных действий.

На этот раз отец на него только пристально посмотрел.

Отец сильно расстроился, и Люк, чувствуя родительскую тревогу из-за денег, услышал, как внутренний голос в голове прошептал: «А вот без тебя они, может, и осилили бы всё, что хотят». Но ел он не так уж много, ходил в обносках, оставшихся от Мэтью и Марка. Да и разве дорого обходится обогрев чердака?

На внутренний голос он не обращал внимания. Иногда, залезая на стремянку, с которой наблюдал за соседними домами, он находил на ней ледяные сосульки.

Гораздо больше его беспокоило то, что, оставив мысли о гидропонике, отец до конца зимы практически не выходил из дома. В феврале Люку удалось побывать у Джен всего один раз и в марте дважды, когда отец стал разъезжать по округе в поисках лучших цен на семена. Каждый раз Джен его обнимала и была искренне рада приходу. Январская вспышка раздражения была забыта. Однажды, решив испечь печенье, они устроили на кухне Толботов настоящий кавардак.