А следовательно, и привлечь тебя формально нельзя.

Максим все еще ничего не понимал.

– И что? Что теперь будет со мной? – спрашивал он.

Гуров ответил задумчиво:

– Мой тебе совет – уезжай из Москвы. Возвращайся в Астрахань, нечего тебе тут делать. Не для тебя этот город.

– Да я и сам не хочу здесь оставаться! Я домой хочу, я и по маме уже соскучился, – затараторил Светлов, не в силах поверить в свое счастье. Он вскочил и заозирался по сторонам, принимаясь собирать свои вещи и, видимо намереваясь уехать прямо сейчас и при этом косясь на Гурова – не передумает ли тот.

– Ты погоди уезжать, – остановил его полковник. – Следствие по делу об убийстве Алика еще не закончено. Ты мне можешь понадобиться здесь. Так что задержись. Ненадолго, максимум на пару дней. Я тебе позвоню.

Светлову, кажется, хотелось очутиться за сотни километров от Москвы прямо сейчас, но он не стал спорить с полковником. Только осторожно спросил:

– А как мне теперь с Наталкой быть?

– Ну здесь я тебе точно не советчик, – усмехнулся Гуров и поднялся. – В своих отношениях разбирайтесь сами.

– Она, наверное, меня проклинает там, – вздохнул Светлов.

Гуров взвалил на плечо сумку и направился к двери.

– Она плачет и ждет твоего звонка, – сказал он, обернувшись на пороге. – Позвони, а там видно будет.

С этими словами Гуров вышел из квартиры.

– М-да, – протянул Орлов и посмотрел на Гурова поверх очков. – Думаешь, не он?

– Давай послушаем Станислава, – вместо ответа предложил тот. – А потом сопоставим данные и тогда уже будем делать выводы.

Крячко, оказавшийся в центре внимания, расправил плечи и начал рассказывать.

Кроханов назначил ему встречу в отдельном кабинете одного ресторана, не предназначенного для простых смертных, к коим причислял себя сам Станислав. Приехав на встречу, он прошел в указанную кабинку, где его уже ждал Кроханов. Перед ним стояли тарелки с закусками и маленький графинчик водки. Перед Станиславом Крячко было пусто.

Виктор Павлович был уже в солидном возрасте и внешне годился Алевтине в отцы, хотя Крячко и видел ее только на фотографиях. Держался он сдержанно и солидно. Молча кивнул Крячко, руки не протянул и сразу сказал:

– Давайте свои вопросы, только поскорее!

– Тогда я буду столь же краток – вы убили любовника своей жены? – бухнул Крячко в лоб.

Кроханов застыл. Подобный вопрос он наверняка слышал впервые в жизни. Подумав пару секунд, он сказал:

– Если я отвечу нет, вы что, развернетесь и уйдете?

– Рад бы, да не получится, – вздохнул Крячко. – Профессия научила меня проверять полученную информацию.

– Ну так проверяйте! – раздраженно отозвался Кроханов.