– Тот наряд был красив, но этот лучше, потому что он отражает меня, Грейс, королеву горгулий, девушку, сердце которой может разбиваться и срастаться тысячу раз. Я хочу провести эту церемонию так же, как планирую править.

– По-моему, это великолепно, – говорит она. – Как великолепна и ты сама.

Она начинает поворачиваться, но Хадсон останавливает ее, мягко коснувшись ее предплечья.

– Да, Грейс выглядит в этом наряде потрясающе, но могу ли я попросить тебя немного освежить мой смокинг?

Мэйси смеется, а когда наконец успокаивается, говорит ему:

– Для тебя – что угодно. – Она слегка машет рукой, и Хадсон вновь обретает безупречную элегантность.

Поднявшись на сцену пару минут спустя, мы оба улыбаемся, и на этот раз это не страшно, а классно. Потому что мы с Хадсоном делаем это так, как нам нравится. И это меняет все.

Остальные члены Круга уже расселись по своим тронам, а Алистер и Кровопускательница – выбывающие из Круга – стоят перед ними, ожидая нас.

Мы садимся на троны, не произнеся больше ни слова. Хадсон все еще держит Дымку-малышку на сгибе одной руки, а другой крепко сжимает мою ладонь.

– Давайте попробуем еще раз, – предлагает Алистер с улыбкой, которую я бы назвала немного озорной.

– Да, давайте, – отвечаю я.

– Грейс и Хадсон, сегодня вам оказана великая честь. Вы выдержали все испытания, выпавшие на вашу долю, на долю ваших родных и ваших людей, проявив мужество и самоотверженность, и при этом доказали, что вы достойны стоять во главе древнего и могущественного Круга.

Когда я окончательно осознаю серьезность ситуации, по мне ползет холод. Но прежде чем он успевает охватить меня всю, по нити уз сопряжения ко мне вдруг приливает тепло, изгоняя холод.

Я хватаюсь за это тепло – за узы моего сопряжения – и обещаю себе, что буду хорошо служить своим людям. Если не в силу моей храбрости, то потому, что никто не будет работать более упорно и неустанно, чтобы сохранять мир между кланами сверхъестественных существ, чем я, и никто не будет работать более усердно, чтобы поддерживать в мире равновесие, чем я. После того как мои люди провели замороженными во времени тысячу лет, они заслуживают, чтобы их лидер дал им все это.

Внутри меня звучит голос Алистера, пока вовне продолжается официальная церемония.

Я смотрю в его выцветшие серые глаза, одновременно слыша его слова в моей голове. И в его глазах я вижу все мои сомнения. Все мои страхи. Все мои ошибки.

– Ваши величества готовы принять присягу?

Ваши величества? Присягу? У меня есть только несколь-ко секунд, чтобы осознать эти слова прежде, чем Хадсон и я отвечаем:

Алистер одобрительно кивает. Толпа за его спиной затаила дыхание, ловя каждое его слово – каждое наше слово.