– Ага, всякой ерунды тут полно. И листьев, – согласился Бенджамин, решивший, что Чарли говорит это про мусор, летевший по улице.

– И ли-и-истьев! – пропел Чарли.

Навстречу ему на всех парусах неслась газета, и он выставил ногу, чтобы ее поймать. Но внезапный порыв ветра взметнул газету так, что она обернулась вокруг Чарли, как юбка. Он отодрал от себя газету, и тут в глаза ему бросилась фотография на первой странице.

Она изображала угрюмого юношу на крыльце мрачного серого здания. У юноши было худое, узкое лицо, а над тонкими губами пробивались усики. Длинные, расчесанные на пробор волосы были связаны в хвост.

– Это еще что? – заинтересовался Бенджамин.

– Не знаю, просто какой-то парень, – отозвался Чарли, вовсе не уверенный, однако, что это просто какой-то парень.

Бенджамин прочитал через плечо приятеля: «Семнадцатилетнего Манфреда Блура спасли вчера из огня во время пожара в академии Блура. По словам Манфреда, он чудом остался в живых».

– Нет, – едва дыша, сказал Чарли.

– В каком смысле – нет? – удивился Бенджамин.

– Ничего такого он не говорил, – прошептал Чарли и вдруг сполз наземь, проехавшись спиной по стене. Газету он держал в вытянутой руке – такое отвращение ему внушали слова, которые ползли с фотографии.

– А как ты?.. – начал было Бенджи.

– Тихо ты, Бен! – прикрикнул на него Чарли. – Я слушаю.

Чарли впился взглядом в фотографию Манфреда, и в ушах его зазвучал нестройный хор выкриков и возгласов, сквозь который пробился женский голос:

В разговор вмешался какой-то мужчина:

– Чарли, да что происходит? – испуганно спросил Бенджамин.

Чарли набрал в грудь воздуху.

– Я слышу голоса, – выдавил он.

– Ой, мамочки. – Бенджамин плюхнулся рядом. Спринтер-Боб плюхнулся рядом с хозяином. – Какие такие голоса?

Никогда в жизни Бенджамин ни на что не говорил «какая чушь». Он относился к жизни очень серьезно, и иной раз это приходилось кстати.

Чарли поведал приятелю о том, как Спринтера-Боба перепутали с фотографией мужчины и младенца.

– Я хотел подарить тебе необычную открытку, – вздохнул Чарли. – Теперь уж не получится. Извини.

– Да ну, не огорчайся, – отмахнулся Бенджамин. – Давай рассказывай дальше про фото.

И Чарли рассказал, как услышал голоса, посмотрев на мужчину с младенцем. И еще – что даже разобрал, как хнычет младенец и, кажется, как мурлычет кот.

– Вот это да… – выдохнул Бенджамин.

– Я заставил себя поверить, что все это выдумал, – сознался Чарли, – но потом как увидел газету, оно все опять началось. Я слышал, как журналисты расспрашивают этого парня с первой страницы. И его голос тоже слышал. По-моему, он коварный и злющий. А потом кто-то как рявкнет «довольно!», и, честное слово, хуже голоса я в жизни не слыхал.