Живо принесите сюда стол, табуретку, несколько чистых листов бумаги и авторучку!

Наемники стремительно сорвались с места и за считаные минуты оборудовали у командирского блиндажа некое подобие кассы.

– Подходите по одному. Внятно диктуете фамилию, имя, отчество, дату и место рождения. Предъявляйте имеющиеся в наличии документы, – усевшись за стол и вооружившись бумагой с шариковой ручкой, объявил я. – Затем получаете бабки и расписываетесь в получении. Наши работодатели требуют соблюдать строгий порядок в денежных расчетах… Да, кстати, имена называете все: и данные вам при рождении, и полученные после принятия ислама. Ну-с, приступим!

Головорезы дисциплинированно выстроились в цепочку. Когда очередь дошла до упомянутого выше здоровяка с рязанской физиономией – некоего Алибея (в «девичестве» Антона Степанова, уроженца г. Москвы) – то он огорошил меня неожиданным сообщением.

– Разрешите обратиться, шеф, – расписавшись в ведомости и старательно пересчитав доллары, сипло спросил Антон-Алибей.

– Валяй, – благосклонно кивнул я.

– Запуск удобнее и безопаснее произвести из места расположения нашего лагеря.

– Мотивируй! – с трудом скрыв изумление, потребовал я.

– Федералы обязательно нанесут ответный удар. Успеем смыться, не успеем – бабушка надвое сказала, – просипел он. – А тут есть глубокая, надежная пещера, где все мы сможем укрыться от снарядов и ракет. Я ее случайно обнаружил на днях. – Наемник выжидательно замолчал.

– Молодец! – преодолев легкий шок, вызванный столь невероятным известием, воскликнул я. – Когда закончим раздачу «зелени», отведешь меня к пещере. Если она действительно так хороша, как ты утверждаешь, – твое предложение будет принято, а тебе дадим премию – пятнадцать тысяч баксов! Постой в стороне, обожди…

Вот таким образом я стал временным главарем двенадцати отборных мерзавцев различных национальностей (троих русских, четверых украинцев, двоих латышей, двоих эстонцев и одного литовца) и обладателем их подробного, поименного списка. Пещера, как я и подозревал, оказалась тем самым генеральским подарком. Поздно вечером, после отбоя, мы с Костей уединились в командирском блиндаже. (Останки Мясоруба наемники сбросили в пропасть, а кровь тщательно отмыли.) Коротко посовещались и решили – во избежание различного рода осложнений, отряд надо «зачистить» до запуска. С ракетами управимся как-нибудь без них. Благо «Пчелы» не слишком тяжелые…

– Эй ты, болван, перестань дрыхнуть! – перевернувшись на другой бок, окликнул я часового в пулеметном «гнезде».

– Я не есть дрыхать! Я старательно наблюдать окрестности! – встрепенувшись, заоправдывался он.