— Сил мало, — устало проговорила Звёздочка, — я подремлю?

Она мгновенно уснула, но даже во сне продолжала мерцать и улыбаться.

— Ты обязательно полетишь, — прошептал Серёжик, укрыв Звёздочку платочком «МАМ». Подсвечивая шпагой, он принялся искать драконов камень. Тот закатился за зеркало. Пыльное, в старинной раме, оно стояло на полу, среди мусора. Серёжик вытер его рукавом и посмотрелся. Сначала он увидел себя, ужасно грязного, в порванном свитере, с ослепительно сияющей шпагой. Затем появилась кастрюля, стоящая на печке, и Жадди с безумными глазами. Серёжик отпрянул. Еще секунда, и показался тоннель, в котором летел визжащий от страха ёжик. Потом он увидел себя в клетке, и Фьоро, лопающего мандариновое печенье…

Да, это зеркало плохих воспоминаний! Самое ненужное из всех волшебных зеркал! Серёжик читал о нём в какой-то книжке.

Разочарованный, он забрался в тумбочку.

Серёжик задумался, каких воспоминаний у него больше: хороших или плохих, и пришёл к выводу, что хороших. Мама всегда говорила, что хорошего на свете больше. Потом он думал о звёздочках, таких красивых и несчастных. Пытался представить, каково сидеть в стеклянном колпаке — никогда не играть, не прыгать, не бегать…

А небо, значит, совсем не дырявый платок, а огромный дом, где живут звёзды, Луна, Солнце и сладкие облака.

Нужно дождаться, пока гномы уйдут на ночную ловлю. А когда он разобьёт все лампы — бежать. Ключ, свисток, котомка и спичечный коробок, конечно, свалились туда же, куда и он — в грязную гостеловку. Но как их забрать, если в клетке сидит Жадди? Возьмут ли его на охоту?

Серёжика разбудил лязг замков. Гномы что-то бурчали. Хлопнула дверь. Ушли?! Он тут же вскочил и схватил шпагу. Звёздочка, зевая, повисла над ухом.

— Сколько здесь комнат?

— Кажется, сто двадцать...

Серёжик выскочил, и, размахивая шпагой, помчался по коридору. Звёздочка полетела следом. Летела она длинными прыжками, часто опускаясь на пол, чтобы отдышаться.

Вот и первая лампа. Серёжик запустил в нее драконовым камнем.

Трах-тара-рах! Вдребезги! Оттуда вылетела довольно крупная звезда, и Звёздочка закричала ей радостно:

Пока они обнимались, Серёжик уже целился в заплесневелое зелёное бра, мимо которого чуть не пробежал, так слабо оно светило.

Ба-бах! Салютом разлетелись осколки! Кряхтя, с ними упала еле мерцающая звезда.

— Ираида Ивановна! — хором воскликнули Звёздочка и Марья Петровна.

Серёжик бросился дальше.

Дзынь! Разбит огромный абажур на кухне!

А прыгающая за ним ковыляющая и летящая вереница пела чистыми голосами:

— Откликайтесь, сестрицы! Свобода!!!

Со всех сторон молили:

— Спасите меня, меня!

Сколько было слёз, ахов, охов и радостных восклицаний! Серёжик уже не искал упавший драконов камень, звёзды тут же подавали его. Дело шло быстро.