Не считая подвала, гаража и прочих хозяйственных построек. Вместо пса у них сигнализация. Вместо кошки — современный робот-пылесос. Людмила Андреевна не любит животных. Точнее, любит! Не любит убираться за ними.

Помню, сваты звали нас. Предлагали нам съехаться. Но я как представила… Нет! Я и со своей-то матерью иногда не могла найти общий язык. А с чужой и подавно.

На кухне просторно, хоть вальсы танцуй. Огромный обеденный стол ожидает в столовой. Мы накрываем его всевозможными яствами. Стоит сказать, что семья хлебосольная! Постоянно гостюем у них. И сегодня, кроме нас, тут соседи, друзья. Каждый с гостинцем. Я принесла холодец, настоящий, куриный. Прозрачный, без хрящиков и без жирков. Мама с селёдкой под шубой. Наверное, весь день суетилась вчера.

Соседки, в количестве трёх человек, натащили закусок. Так что ждём основное блюдо. Баранью ногу, которая, судя по запаху, вот-вот «подойдёт». Кроме салатов, закусок и разных нарезок, на столе подсыхают румяные булочки. На гарнир будет рис и картошка, на выбор. А я заправляю салат «Оливье». Ну, какой новый год без него?

— Ой, Людочка, ну ты, конечно, хозяйка от бога! — восхищённо вздыхает соседка. Не помню, как звать.

Людочка, точнее, свекровь, словно фея, порхает по кухне. Она уже в платье, но в фартуке, чтобы его не запачкать. Люрекс струится по телу, маскируя всё лишнее и добавляя изящества плотной фигуре.

Я в кремовом, с голой спиной, но до самого пола. Ощущаю себя королевой. Так Ромик сказал…

— Ой, ну не льсти мне, Ларис! — восклицает Людмила Андреевна. Вынимает из баночки, ложкой, икру.

— Люд, — окликает соседка, — А дай мне телефончик… Ну, той девочки! Помнишь?

— Какой? — жирным слоем кладёт на подложку из масла.

— Ну, той! — с деликатным смешком произносит Лариса, — Что готовит на дому, и лепит там всякое.

Людмила Андреевна застывает. Икринка падает с ложки на стол:

— Какое такое, всякое? Я ничего не знаю об этом! — отрицает встревоженным тоном.

— Ну, как же? Ведь ты же сама говорила — возьму телефон. Не взяла?

— Ты меня с кем-то путаешь, Лара! — строго бросает Людмила Андреевна через плечо, и продолжает свою процедуру.

— Ну, как же? — смущается та, — Ведь ты же сама говорила — она и печёт и строгает салаты.

— Ларис, ты таблетки для памяти пьёшь, или бросила? — произносит свекровь, — А то Ярик тебе раздобудет, ты только скажи.

Я понимаю, что зря очутилась здесь в этот коварный момент. Третий лишний, свидетель. И лучше скорее уйти! Издаю робкий возглас:

— Пойду-ка я мужа найду.

— Да, да, деточка, сходи, — одобряет Людмила Андревна, — И салат прихвати!

Уже выходя, слышу шипение двух голосов. Очевидно, я вовремя смылась. Того и гляди, вспыхнет драка! Надеюсь, сегодня без жертв?

Зал наряжен. И ёлка стоит прямо здесь. Не настоящая, правда.