Сержант Потапов таки смог! Теперь он окружен не только девушками, но и бесчисленными врагами. Бравый разведчик оказался прямо в сердце вражеской территории, где ему предстоит примерить на себя роль шпиона и диверсанта.

В город пустили без проверки документов.

«Сеньор» Фелиции тихо подкатил к запасным воротам.

Вооруженная охрана, блокпост. Прикрытые одеялом на заднем сиденье, прячась под «Хамелеоном» смотрели, как связную Бейки проверяют идентификатором лиц.

Ничего личного, инструкции ради…

Досматривать салон не стали: никто Фелицию ни в чем не подозревал.

Белка вцепилась в меня, как в последнюю надежду. Прятала страх в молчании.

Дальше стены шла лишь зона отчуждения — серый промозглый пустырь. Строительная техника снесла все, что только было — любой, проникший за стену, окажется как на ладони у второго заслона.

Хитрый ход, рассказать о нем Бейке? Она наверняка знала и без меня.

Всю дорогу хранили тишину.

Вспомнил, как поднимались за Белкой. Увидев в ее руках таблетки, Фелиция выбила их из рук.

— Это что, святостин? Лучше ничего не нашлось?

— Предложи тогда чего получше.

Она помялась, кивнула.

— У меня дома. Поможешь ей дойти?

— Я сама, — обиженно буркнула Белка. Девочка жаждала объяснений — кто, что? Все мои надежды, что она признает в Фелиции друга или врага, пошли прахом.

— Я поведу. Там контроль на воротах. Понимаешь?

Почти умоляющий взгляд. Здравый смысл развел руками: либо доверься, либо оставайтесь торчать здесь до скончания времен.

Кивнул, но показал ее же пистолет. Буду держать на прицеле.

Держал до сих пор, Фелиция старалась не обращать внимания.

— У меня апартаменты. Личные.

— А машина? Тоже личная?

Седоволосая пожала плечами в ответ, выдохнула. Хотела посмотреть как на идиота.

— Машина приписана к военной части. У Царената в этом отношении не хуже, чем у нас. Завтра верну, отпишу протокол. Простят.

Ночные улицы жилого сектора были пусты и невзрачны. О каких красотах тогда говорил мне Скарлуччи? Царенат умудрился обратить симпатичные, сверкающие чистотой улочки в абсолютно серые, непримечательные жилые массивы.

В голову пришло мерзкое сравнение: игрушечные коробки для кукол.

— Здесь не везде так, — выдохнула Фелиция. — Это район шавов. Не жди увидеть здесь жизнь. Лучше глянь туда, видишь?

Кивнул, трудно не заметить чадящие кирпичные трубы, безвкусный прямоугольник здания. Окошки рядами бежали вдоль второго этажа.

— Сапожная фабрика? — первой спросила Белка. Фелиция утвердительно качнула головой.

— Она самая. Теперь там делают беспилотники.

Вклиниваться в разговор не стал. Белка разом поскучнела.

— Одна из ваших целей.

Ехали недолго, лишь чуть дальше второго заградительного круга.

Дом без изысков — жилье для рабов.