– Ну, в данной ситуации чей род не прервется, это будет еще большой вопрос, – буркнул Спасский. – как бы то ни было, но они абсолютно друг другу не подходят. Интеллигентнейший Григорий Феликсович и эта базарная бабенка. Такой неравный брак, что дальше ехать некуда.

– Спасский, ты просто недопустимо счастлив в семейной жизни, поэтому выдумываешь глупости. Приласкать она его приласкает, обедом покормит, порядок наведет, а больше ничего и не надо. А если ребеночек появится, то все внимание на него перейдет, и вообще никаких проблем.

Руслан украдкой вздохнул.

Колдунов, зорко следивший за его состоянием, тут же истолковал этот вздох, как признак плохого самочувствия, и Руслан не стал спорить.

Ян Александрович проводил его до самой палаты, помог лечь и даже поставил на тумбочку стакан с клюквенным морсом домашнего приготовления. Руслан бы с гораздо большим удовольствием попил простой воды, но брат старался, готовил, не выливать же!

Значит, Майофис. Старая семья, старые деньги. Руслан никогда не виделся с Григорием Феликсовичем вне стен клиники, но знал, что у того шикарная квартира на Петроградской стороне и коллекция картин, каждая из которых если и не произведет фурор на аукционе Сотби, то и насмешки точно не вызовет.

А дачу Майофиса в Васкелово он как-то видел на фотографии и был впечатлен до глубины души.

В общем, понятно, кого выберет здравомыслящая девушка: состоятельного и влюбленного мужчину с серьезными намерениями или шалопая, который еще пытается соскочить с брачной темы. Интересно, давно ли Полина очаровала несчастного профессора? Руслан вспомнил, как она просила его не приходить в приемный покой. Интересно, почему он тогда решил, что она хочет этим подтолкнуть его к решительному шагу? А она просто боялась спугнуть перспективного поклонника, вот и все.

Руслан прислушался к себе, вдруг ему станет грустно или хотя бы обидно, что Полина так бесцеремонно с ним обошлась. Но нет, ничего, кроме облегчения, что все кончено и эту связь ему не придется разрывать, он не испытал.

«Лучше бы ты так себя анализировал, когда только связался с ней! – буркнул он. – отдавал себе отчет, что ты там чувствуешь, а вообще черт его знает, что все это было.

Морок или наваждение, или она на меня порчу навела, как на бедного Майофиса сейчас. Ведь не любила она меня, в самом-то деле! Если бы чуть-чуть была неравнодушна лично ко мне, а не к моему статусу завкафедрой, так давно бы прибежала навестить. Ну или честно сказала: так, мол, и так, если ты не хочешь жениться, я выйду за другого, и всё!»

Как грустно думать, что у Григория Феликсовича наверняка тоже есть женщина, любящая его честно и преданно, не за деньги и статус, а потому, что видит его великую душу.