Сперва маг её совсем не узнал и даже не заметил, — потом он скинул немного снега с, казалось бы, кочки, и обнаружил у себя под ногами гнилую соломенную крышу.

Мужчина и девушка прошли всю деревню насквозь. Их шаги были одинаково лёгкие и воздушные, словно они были призраками; Артур встал на утёсе и всмотрелся вдаль, на две горы, стоявшие в один ряд. Затем Артур закинул голову и прикинул, где примерно будет заходить солнце: вечером оно должно было опускаться прямо между этих вот двух гор.

Мария любила говорить, что в природе слишком много красоты, чтобы она была случайностью. Любила говорить, но мысль свою почему-то не развивала. Да и как её развить? Красиво, и пусть.

Артур вдруг повернулся, схватил Аркадию и сбросил её вниз, с утёса. Девушка с каменным лицом полетела на землю. Её чёрное платье трепетало словно крылья подбитого чёрного ворона, который всеми силами пытается взлететь, но не может. Девушка уже приближалась к земле, как вдруг, в самый последний момент, её схватил мужчина в чёрной накидке и осторожно поставил ножками на в сугроб. Аркадия хмыкнула и стала поправлять растрёпанные волосы.

Артур едва заметно усмехнулся и осмотрел землю: у подножия горы тоже пронеслись лавины, и руин замка было не разглядеть. Только башня его ещё выпирала одним своим углом из застывших белых волн — на ней, точно борода, висела сосулька. Маг вдохнул морозного воздуха и щёлкнул пальцами.

И время побежало вспять.

Весь мир раздвоился, словно свежая картина, по которой провели мокрой тряпкой. Маленькие снежинки вихрем устремились назад, в небеса. Громадные кучи снега разгребали сами себя и словно слизни наползали на горы, оголяя землю. Они таяли, а потом снова накрывали бесплодные скалы. Когда показалась башня, скорость бегущего вспять времени замедлилась. Артур внимательно осмотрелся и медленно провёл рукою, словно играя на хрупком инструменте и производя самые нежные и тихие звуки, на которые он только способен. И вот показались разбросанные на земле кости. Они стали наливаться кровью на снегу, сперва бледной, потом свежей; вот они собрались воедино, наросли плотью, кожей, и взмыли над землей.

Артур внимательно присмотрелся к девочке, ещё очень молодой, вернее, тогда — и всегда — ещё очень молодой, одетой словно шут, в платьице из блеклых, но разноцветных заплаток. Маг наклонился к ней и посмотрел в её чёрные глаза.

Как её звали… Задумался Артур и сразу оставил бесполезные мысли. Это было не важно. Что-то, кажется, на м. Ма… Не важно, не важно.

Двенадцать лет назад ребёнок погиб совершенно обычной смертью, по воле случая. Ночью он зачем-то выбежал на улицу и бежал, бежал пока не упал с обрыва и не разбился. В этом не было ничего необычного.

И всё же что-то тут было не так.