Разве можно упрекать мужчину в том, что он сходит с ума от желания быть с тобой? — хрипло прошептал Эрик мне на ухо.

Его рука скользнула по животу вверх и очертила холмик груди. Не знаю, что возбуждало сильнее — ощущать прикосновения Эрика или смотреть на то, как он меня касается.

Я осознавала, что он творит нечто абсолютно непотребное, что нельзя незамужней ларде находиться обнажённой в компании малознакомого ларда, что нельзя поддаваться на очарование подобных разговоров. Да, он обещает жениться, но это же ничего не значит! О том, насколько сложно магам искать пару, я слышу впервые и только от Итлесов и Эрика, а вот об обесчещенных и брошенных девушках историй полно.

Наверняка всем тем тысячам доверчивых дурочек тоже кто-то что-то обещал. Наверняка они тоже считали, что могут верить своим избранникам. А потом оставались один на один со своим позором, хорошо если не беременные.

И плевать, что среди магов столицы куда более свободные нравы! Я не магесса и не в столице живу!

Разве не должен мужчина, который по-настоящему ценит свою избранницу, уважать её принципы? Да Эрик даже предложения нормального не сделал! Пока — одни разговоры!

Да, я понимала, что нужно заставить его прекратить и выставить из комнаты.

Понимала, но онемела, оглушённая шокирующим откровением его ласки. Он словно широко распахнул во мне дверь, которая на протяжении всей жизни оставалась закрытой, и теперь я смотрела в зеркало, словно в эту дверь и поражалась тому, что вижу.

Стоящая в отражении девушка с ярко-фиолетовыми волосами словно была другой, новой мной, спрятанной где-то глубоко, а теперь внезапно смотрящей мне в лицо. Это по её изгибам скользили мужские руки, жадно, но нежно гладя перламутровую кожу.

Это она откинула голову на плечо стоявшего позади мага и смотрела на меня затуманенными наслаждением глазами. Это она хотела продолжения.

Эрик поцеловал моё плечо, а я в странном оцепенении следила, как в отражении его левая рука скользит по моему телу, отчего кожу покалывает крошечными иголочками удовольствия. Ладонь медленно сжимает грудь, большой палец обрисовывает ореолу, заставляя вздрагивать от блаженства и стыда. Правая рука отпускает моё запястье, плавно накрывает живот и плавно движется туда, где не имеет права меня касаться.

И я смотрю в зеркало, как мужские пальцы спускаются вниз, второй раз за день пронизывая меня новым чувственным ощущением.

Наши взгляды встречаются в отражении. Глаза Эрика кажутся чёрными, настолько расширены зрачки, обрамлённые тёмной окантовкой радужки. Сумасшедший взгляд, пугающе сосредоточенный на мне.

— Ты даже не можешь себе представить, насколько ты хороша. Но дело даже не в красоте, а в том, насколько охотно ты откликаешься на мои ласки.