Приземлившись и пробороздив ногами землю, окровавленная Шейди вскинула на меня взгляд и закричала что есть мочи:

Невзирая на ужасные раны, слабость и боль, я не позволил себе и тени сомнений, с рёвом вскочив на ноги и ринувшись к Кальмуаре. В мышцы вновь хлынула волна едва восстановленной пустарной энергии и тело свело в стремительной трансформации: плечи, руки и ноги с хрустом увеличивались в размерах, обрастая целыми кусками мяса, что за доли секунды превращалось в тугие, покрытые чёрной драконьей чешуей мышцы горного тролля. Слева вдруг оглушительно рвануло и огненное заклятье Кривглазиана разметало толпу двардрэнов. Я же бежал по тронному залу, содрогающемуся от грохота моих опускающихся ступней, и Пастырь с яростью бросилась мне навстречу. Но буквально за несколько мгновений до столкновения я ломанулся левым плечом вперёд.

Прыжок и Удар Дравэрина!!!

На невероятной скорости я стремительным рывком врезался в Кальмуару и мы полетели вперёд, а в следующий миг она с ужасающей силой ударилась спиной в стену, придавленная многотонной тушей Таллиара. Грянул разлетающийся на куски камень, во все стороны ринулись змеящиеся трещины, а затем с новым ударом сдвоенных сердец из моей груди вырывается пропитанный ненавистью рёв и я вскидываю правый кулак, с глубочайшим наслаждением вминая его в лицо поднявшей глаза Кальмуары. Её голова от могучего удара вдавливается в стену, и я тут же бью снова, на этот раз дриарилловым кулаком. И я не останавливаюсь, атакуя, атакуя и атакуя. Живот! Голова!! В челюсть снизу вверх!!! Прямой дриарилловым в открывшееся горло, а затем правой сразу в лицо, разламывая брызнувшую зелёной кровью скулу!!!

Я замахиваюсь и оттягиваю левую руку для удара, и меж смятыми костяшками с металлическим лязгом выскакивают сверкающие чёрнотой хищные лезвия.

ЗА ТРОЛЛИАРИЮ! ЗА МОЮ МАТЬ!! СДОХНИ-И-И!!!

Блеснувшие клинки ринулись к глазам Кальмуары, но она внезапно с криком перехватывает мой кулак ладонью и смертоносные острия замирают в считанных миллиметрах от ненавистных жёлто-оранжевых зрачков. С предплечья гадины на мою руку тут же хлынул поток оплетающих ветвей, сжавший её с невероятной силой, а затем десятки длинных деревянных кольев впились в плоть прямо туда, где заканчивается металл и начинается обычное мясо и кости. Взревев от боли, я наношу удар правым кулаком, но тут она молниеносно бьёт в грудь ногой — грудина с хрустом продавливается, рёбра трещат и ломаются, прошивая обломками лёгкие и сердца, а воздух с кровью выплёскивается изо рта. Ужасающая сила удара отшвыривает меня назад и древесное щупальце с чавкающим звуком отрывает мою дриарилловую руку.

Меня переворачивает в воздухе и я с размаху падаю на пол, превращая разбегающихся в панике двардрэнов в кровавое месиво.