И благодари небеса, что у тебя не родился сын. А то тебя сейчас осаждал бы и тот патрульный полицейский, который очистил для нас полосу и сопроводил до клиники с мигалками! Он предлагал назвать сына Кириллом! В честь себя, разумеется.

Моя шутка, может быть, не самая удачная. Но Даша так не считает. Она улыбается, и на щёчках появляются мягкие, соблазнительные ямочки.

— Персонал больницы, вообще, записал меня в отцы! По всей видимости, я — полный тёзка отца малышки?

— Да, — кивает Даша.

Радость на лице девушки сменяется болезненным и страдающим выражением. Явно мой тёзка провинился перед Дашей или сделал кое-что похуже?

— Да и всё? — допытываюсь я. — Не хочешь ничего объяснить?

Даша прикусывает губу, борясь с нерешительностью. В этот момент начинает звонить её телефон. На экране высвечивается: «Daddy». Но в противовес легкомысленной надписи на английском фото очень суровое. Мужчина в фуражке и парадном кителе с ровными строчками наград. Военный он у неё, что ли? — Папа… — обречённо шепчет Даша и вытягивается по струнке.

— И с этим папой что-то не так? — удивляюсь я.

Телефон продолжает вибрировать и ползти к краю стола. Даша мнётся, думая ответить или нет. Наконец, гаджет оказывается на краю стола. Я подхватываю его, скользнув пальцами по кнопке «ответить».

Из динамика раздаётся громкий, командный бас, слышимый даже на расстоянии:

— Дарья, ты пропустила три моих звонка. Из приложения я вижу, что ты находишься в здании частной клиники. С тобой всё в порядке?

Даша бледнеет с каждой секундой больше и больше.

— Твой отец не в курсе, что он стал дедом? — шёпотом спрашиваю я.

— Он у меня военный. Месяцами пропадает на служебных заданиях, — едва не плача, отвечает Даша. — Папа обещал, что после возвращения с очередного задания обязательно навестит меня в столице. Вот… — всхлипывает. — Наверное, он уже собирается приехать в город. А у меня… у меня в жизни полная задница!

Ругательство из уст этой нежной девушки звучит непривычно. Крепкое словцо лишь подтверждает догадки о том, что мой тёзка, Кузнецов Игорь, полный кретин.

Телефон Даши продолжает звонить.

— Ответишь отцу или нет? — спрашиваю я.

— Да, конечно, — спохватывается Даша.

Девушка принимает у меня из рук телефон. Думаю, моё присутствие при разговоре смутит Дашу ещё больше. Поэтому я выхожу в коридор, кивнув девушке на прощание. Последнее, что я успеваю увидеть, это как она обречённо подносит к уху телефон, отвечая:

— Алло. Привет, папа…

По-хорошему, я выполнил всё, что только мог. Другой бы на моём месте не пошевелил и пальцем. Но я делаю это не для того, чтобы повесить медаль себе на грудь. Просто чувствую себя виноватым из-за того, что Даша родила на тридцать седьмой неделе.