— Игорь? — вскрикивает Даша и стыдливо отворачивается ко мне спиной.

— Извини, что побеспокоил. Но я принёс тебе… вот. Цветы. И поговорить. То есть поговорить я тебе не принёс, а просто хотел бы поговорить.

Я путаюсь в словах и предложениях. Как будто к моей дислексии из прошлого добавилось ещё косноязычие с блеянием.

— Я подожду в коридоре. Позовёшь, когда закончишь, — произношу севшим голосом.

— Я уже почти закончила. Просто не ожидала тебя сейчас увидеть.

— Да, — бросает на меня взгляд из-за плеча. — В палате полно места. Только прикрой дверь.

Я мну в руках корзинку с цветами и ставлю её посередине стола. Потом сажусь в кресло, вытягивая вперёд ноги. Даша поправляет на груди халат и легко покачивает дочурку.

Удивляюсь тому, как ловко и аккуратно у неё это получается. Как будто эти ласковые и завораживающие мягкостью движения заложены в ней самой природой.

— Можно я ещё раз взгляну на твою малышку? — спрашиваю шёпотом. — Утром я был под впечатлением от всего и не успел разглядеть её, как следует.

— Можно, — легко соглашается Даша.

Я подхожу к ней, удивляясь тому, какая же Даша всё-таки маленькая и хрупкая. Я рядом с ней смотрюсь массивным, откормленным медведем, не меньше. Наклонившись, невольно втягиваю аромат её кожи и сладковатый молочный запах. Вкусно… Сочетание пьянящее настолько, что стреляет в пах точечным выстрелом.

Отхожу от девушки, пытаясь игнорировать позывы яркого желания, возникшего ни к месту. Очнись, Гарик. Ты пару часов назад купил гору примочек для младенцев и рожениц вроде пакета детских памперсов, молокоотсоса и горы женских прокладок. Какое, нафиг, желание? Но оно есть и распирает им меня нехило. Так что лучше отойти…

Через несколько минут укачивания дочурка Даши спокойненько засыпает. Даша перекладывает её в кроватку и склоняется над крохой, любуясь маленьким личиком. Только потом Даша садится в кресло, стоящее рядом, и внезапно накрывает мою руку своими узкими, горячими ладошками.

Нежный голос звучит проникновенно. Даша смотрит мне прямо в глаза, вкладывая в свои слова огромную признательность и искренность. Она смотрит на меня, как на спасителя или лучшего из мужчин. Поневоле в груди разливается жар и происходит второе попадание точно в цель, ниже пояса.

— Да не за что, — накрываю её ладонь своей, поглаживая нежную кожу большим пальцем. — Любой на моём месте поступил бы точно так же.

— Нет, вот тут ты ошибаешься. Не любой. Спасибо тебе за помощь. Я не знаю, как тебя отблагодарить. У меня сейчас… — потом отмахивается, не заканчивая предложение, и прикусывает нижнюю губу. — Ты купил всё это? Я возмещу твои расходы. Чек сохранился?

— Прекрати! Считай это подарком от крёстного отца, — шучу. — После такого я просто обязан стать крёстным отцом.