Кирилл разбудил её лёгкими поцелуями в бедро и поглаживанием промежности сквозь трусики. Она возбудилась, не открывая глаз и стараясь вернуться в сон, потому что знала, что ей к третьей паре, а ему к первой.

Когда Кирилл возбудил настолько, что сон стал спадать на нет, всё равно держала глаза закрытыми. Когда он отодвинул трусики, нашёптывая на ухо грязные непристойности, пристраиваясь бёдрами меж разведённых ног, Сеня даже не старалась сдерживать хриплые стоны, пока кружил вокруг неё. Задохнулась от ощущений, когда скользнул в неё одним медленным толчком.

Глаза приоткрылись, натыкаясь на тёплый, потемневший зелёный взгляд. Кирилл переплёл их пальцы, поднимая руки девушки и опуская по обе стороны от головы. Ленивый утренний секс, наделённый теплом и комфортом, нельзя было назвать просто «сексом» или «трахом». Это было что-то большее.

Они не целовались. Просто смотрели друг на друга. Кирилл был крайне мелодичен, установив медленный ритм, которого не было слишком давно. Они привыкли наслаждаться и отдаваться процессу со всей страстью, а сейчас было нечто другое. Другое, что на минуту обожгло обоих.

Однажды Есения спросила у Кирилла: «Ты когда-нибудь занимался любовью?» Он честно и искренне ответил, что нет. Признался, что не видит разницы, потому что: «Это же обычный секс, только более нежный».

Он почувствовал эту разницу сегодняшним утром, когда медленно входил в тугое и влажное лоно. Кирилл ощутил эту разницу в полном объёме. Смотрел таким любовным взглядом, что у самого кружилась голова. Она прикрывала глаза, наслаждаясь чувственным ритмом, который создался неосознанно.

Ему просто хотелось, чтобы это было так.

Их тела, взгляды, руки, ноги — всё переплеталось, образовывая нерушимую связь, которая связала их слишком крепко, переплетая не только физические оболочки, но и души.

Кирилл видел разницу. Он любил её тело и душу со всей смесью чувств, которую только мог испытать. Ему нравилось заниматься любовью с ней. Это было слишком хорошо. Даже лучше горячего и страстного секса.

Когда он закончил, Сеня прижалась к его груди и тихо всхлипнула, потому что на неё обрушилась жгучая волна чувств, которая не прошла бесследно. По щекам скатились слёзы, пока в голове крутилась фраза: «Боже, как я люблю его. До невозможности».

Кирилл уехал, а она больше не смогла уснуть, прокручивая в голове раз за разом его нежность и горящий чувствами взгляд.

— Как посидели? — интересуется Кирилл, вырывая Сеню из приятных воспоминаний.

— Хорошо. Я выпила немного вина. Сегодня, конечно, только среда, но ты сам понимаешь, что у меня был важный зачёт, и мы отметили его, — она хихикает, слегка поёрзав.

— Шалунья, — губы растягиваются в улыбке.