Он будто оберегает тебя и старается знать обо всём, что происходит с тобой.

— Так и есть. Когда мы видимся дома, Кирилл начинает задавать вопросы о том, как прошёл день, хорошо ли всё с учебой, всё ли в порядке со мной. Господи, он и раньше интересовался, но сейчас это более… не знаю, как выразиться. Он действительно озадачен тем, чем я занимаюсь в течение дня.

— Он очень заботливый.

— Чрезмерно, — шепчет Сеня. — Я сошла с ума, да?

Они тихо смеются над собой же, пока те, кто входят в аудиторию, разбредаются по местам и готовятся к занятию.

— Скажешь Кириллу про Рому?

— Думаю, да, — отвечает Сеня. — Не хочу от него ничего скрывать, — признаётся. — Утаивание или сокрытие может сказаться на взаимоотношениях, а ты же знаешь, что я и до всей этой… м-м, ситуации делилась с Кириллом, а сейчас тем более скажу.

— Ну, и правильно, — соглашается Даша. — Мне тоже больше нравится Кирилл. Ты с ним какая-то живая, что ли.

— О, правда? А как же «Рома хорош»?

— Дубровского нельзя заменить Ромео, — гордо заявляет, качнув головой. — Он отдельный вид нового фрукта, которым ты питаешься последние недели и светишься ярче солнца, малышка. Не думаю, что такое было бы с Ромео.

— Мне очень нравится этот новый вид фрукта, — с придыханием отвечает Сеня, сверкнув глазками. — Питательный, вкусный и…

— О, заткнись, прошу тебя, — стонет Рогова, закатывая глаза.

— Ладно, ладно, — хихикает Панова.

В аудиторию входит преподаватель, и Сеня ловит взгляд Даши, в котором томится тёплое и радостное чувство за неё. Она одаряет Рогову лёгкой улыбкой, заправляя волосы за уши, и, поёрзав на кресле, обращает всё своё внимание на преподавателя, который начинает озвучивать тему лекции.

— Боже, как я устала, — шепчет Сеня, когда они едут домой.

Домой, разумеется, к Кириллу.

Вечер с родителями отнял последние силы. Приятный ужин в ресторане сближал семьи сильнее, чем когда-либо. Такие вылазки становились регулярными и необходимыми. Старшее поколение не могло не радоваться тому, что их дети, которые были друзьями, теперь держались за ручку и смотрели друг на друга влюблёнными взглядами.

Да и почему им быть против, если обе стороны прекрасно ладили и не видели сторонних лучших кандидатур?

Всех устраивала сложившаяся ситуация.

— Скоро отдохнёшь, — мягко произносит Кирилл, сжимая пальцами бедро Сени и выворачивая руль на повороте. — Но сначала у меня кое-что есть для тебя.

— Для меня? — с подозрением спрашивает Панова, повернув голову. — И что это?

— Маленький сюрприз, — улыбается Дубровский, довольно сверкнув глазами в темноте салона, которая на секунду рассеялась от проезжающей встречной машины.

— Сегодня не праздник, — она хмурится.