И почему ты тогда не замечала Кирилла тысячу лет? Ну, вы были друзьями, а потом тот странный поцелуй и пошло-поехало. А Рома будто отошёл на второй план. Сень, а ты не жалеешь? Ну, что всё так случилось, — вдруг спрашивает Даша, метнув внимательный взгляд на Есению.

— Если я скажу «нет», ты назовёшь меня дурой?

— Тогда говорю: не жалею, — признаётся на выдохе.

Даша кивает, принимая её правду.

— Знаешь, такое чувство, будто между нами ничего не изменилось. Мы остались друзьями, но уже более близкими. Блин, не заставляй меня говорить, в каком плане! — недовольно пищит Сеня, заливаясь румянцем, чем вызывает смех от подруги. — Всё стало только лучше. В разы.

— Может, вы просто слишком долго шли к этому? — предполагает Даша.

Сеня входит в аудиторию первой и сразу же занимает свободное место за третьей партой, разматывая шарф и снимая пальто. Несколько студентов уже находятся в классе, общаясь между собой.

— Слишком — это вполне хорошее определение тому, почему я созрела только к восемнадцати, что влюблена в него по уши, — бормочет себе под нос, раскрывая глаза от удивления.

Даша ещё пока что не была свидетелем столь откровенных подробностей чувств к Кириллу. Вернее, подруга не признавалась в этом напрямую. Нужно ли было словесное подтверждение в том, как искрится воздух между двумя умалишёнными влюблёнными?

Она видела, как Сеня смотрит на Кирилла, пока тот болтает о чём-то со Славой, пока возится с машиной, пока они о чём-то говорят, пока он просто стоит рядом. Этот кричащий насыщенными чувствами взгляд не скроешь ничем.

Рогова в изумлении таращится на подругу, хлопая ресницами, и приоткрывает рот, не находя нужных слов, зато красные кругообразные пятна на щеках Пановой и испуганный вид вызывает умиление. Действительное умиление оттого, что она наконец-то призналась в этом.

— Поправка: глупая влюблённая в своего лучшего друга, — хихикает Даша, доставая из сумки тетрадку. — Ну, а Кирилл? Он чувствует к тебе то же самое, что и ты?

— Не знаю, — тяжело вздыхает Сеня. — Мы не говорим на такие темы. Да и вообще надо? Ну, мы проводим время вместе на уровне пары, и я сомневаюсь, что этому нужно разговорное доказательство и натягивание ярлыков. Мне хорошо с ним, и это главное.

Хотя внутри гложут сомнения, что ему, чёртовому Дубровскому, не настолько хорошо с ней. Узнать, что он чувствует — это небезопасно для своего трепещущегося от волны чувств сердца. Сеня боится, что оно может быть разбито от невзаимности, хотя стоит ли об этом думать, если видит в глазах Кирилла нечто, что можно назвать: тепло, забота и уют?

— Я думаю, что да, — вдруг говорит Даша. — Он становится невыносимым, когда ты ему не отвечаешь или теряешься из зоны видимости. Конечно, он и раньше донимал такими расспросами, но не с таким рвением.