— То есть, на нём твои отпечатки? — ахнула Ева, тыча пальцем здоровой руки на его карман.

— В точку. Ну и дура же ты, правда?

Вдалеке показались огни приближающегося поезда, тишину ночи прорезал короткий гудок...

— Сука! Верни мне бриллианты! Сейчас же! Верни! — Ева бросилась на мужчину разъярённой кошкой, неистово колотя крошечными кулачками по мощной груди. Он перехватил её руки и больно сжал запястья, глаза в прямом смысле налились кровью:

— Не ори, поняла? И не вздумай меня разыскивать. Запомни — я не оставлю от тебя мокрого места, если узнаю, что ты где-то открываешь свой рот. Тогда я без раздумий затолкаю в него дуло пистолета, так же глубоко, как когда-то заталкивал член. Просто забудь меня и нашу маленькую авантюру, живи себе дальше, трахайся со стариками. Уверен, тебя ждёт большое будущее. А наша история закончена, финита ля комедия.

— Ты — моральный урод, ублюдок! В тебе нет абсолютно ничего святого! Нет совести!

— Слово-то какое вспомнила — совесть. И уж конечно мне никогда не отполировать свой нимб до блеска твоего.

Ева скосила взгляд на тускло подсвеченное окно здания вокзала: две тёмные фигуры поднялись с кресел и направились на выход.

Он не тронет её здесь, тут люди! Нужно попробовать сделать хоть что-то, не стоять истуканом. Поезд приближался, огни становились всё ближе, раздался ещё один тревожный гудок...

Выдернув руки из медвежьей хватки его ладоней, Ева попыталась вытянуть из его кармана пистолет, за что тут же получила звонкую пощёчину. Из глаз посыпались тысячи искр, ухо горело огнём, как и обожжённая ударом щека.

Позади скрипнула дверь и на улицу вышла женщина с парнем-подростком, таща за собой по большому чемодану на колёсах. Справляясь с гулом в голове, Ева прищурилась и выхватила в луче фонаря лицо незнакомки.

Но это же… Это… Не может быть!

— Ждите меня там, — рявкнул Оскар, отправляя кивком головы пару дальше по перрону.

Лада послушно кивнула и прошла мимо, окинув Еву взглядом победительницы.

— Что здесь делает она? — Ева ошарашенно ткнула в удаляющуюся спину пальцем, держа другой рукой ударенную щёку. — Как? Почему?

— Ты не только идиотка, но ещё и слепая. Я трахал её, когда за стеной сидела ты. Впрочем, она была в таком же положении.

— То есть… вы всегда… Она... — ловя ртом воздух, только и смогла произнести Ева.

— Да, более того, идею закадрить жену миллионера и потом обобрать её с потрохами Лада с энтузиазмом поддержала. Видишь, не только в твоей голове рождаются гениальные мысли. Конечно, ей было неприятно терпеть твоё вынужденное соседство, но раз не было иного выбора…

— А мальчик? — Ева перевела взгляд на ссутулившегося парня в чёрном капюшоне.

— Это наш сын. Да-да, мы вместе с Ладой уже чёртову тучу лет.