То ли она настолько отвыкла от него за время их вынужденной разлуки, то ли он действительно разительно изменился. Вместо тёплого милого Оскара она видела перед собой сейчас глыбу льда. Словно перед ней стоял чужой, абсолютно незнакомый человек.

— А когда прибудет наш поезд? — стараясь скрыть в голосе накатывающую волну паники, Ева взглянула на огромные привокзальные часы: тринадцать минут первого.

— Скоро. Буквально с минуты на минуту.

— А куда мы поедем?

Он опустил на неё незнакомый пустой взгляд и уголки губ дёрнулись вверх:

— Ты же говорила, что тебе всё равно, лишь бы быть рядом со мной. А, ну и с бриллиантами, конечно.

Ева свела к переносице брови и втянула окоченевшие ладони в рукава шубки.

— Я думала, мы полетим куда-нибудь на Кипр. Я хочу океан, солнце, мне нужен отдых, я пережила такой стресс… Оскар? — казалось, что он её не слушал — смотрел куда-то вдаль, словно отмеряя глазами километраж рельс. — Ты меня вообще слушаешь?

— Конечно, детка, — глядя на неё сверху вниз, Оскар снова улыбнулся.

Что-то не так. Что-то точно не так! Это не Оскар. Вернее, это его оболочка, но это не он! Это не тот мужчина, с которым она познакомилась на Бали, который делал ей романтические свидания и признавался в чувствах. Что, чёрт побери, здесь происходит?

Увидев, как опустил руку в карман с оружием, окоченевшие колени Евы едва не подкосились от страха.

Они здесь совсем одни! Если он прикончит её в этом Богом забытом месте, её обнаружат самое скорое завтра утром, к тому времени остывшее тело обглодают бездомные собаки и никто никогда в жизни её не опознает! Вдруг он всё-таки её убьёт, как убил Сильвестра? Способен ли он на это?..

В голове вереницей пронеслись воспоминания из совместного быта, и Ева поняла, что не знает о нём ничего. Совсем ничего, кроме имени, а то, что он ей рассказывал, из якобы своей прошлой жизни, ничем не было подтверждено. Просто слова, ни единого факта!

Он убил человека, хладнокровно вышиб мозги! Почему бы ему не сделать то же самое снова? Так он избавится от последнего свидетеля совершённого им преступления и оставит все деньги себе.

Хотя если ему так нужны были деньги, почему он всё-таки не скрылся с ними раньше? Он же прекрасно знал, что она никогда не выдаст его, потому что таким образом она автоматически поставит под статью и себя! Её не нужно убивать, чтобы заткнуть рот. К тому же чем бы она доказала его причастность к ограблению? Они проделали всё настолько тонко, что комар носа не подточит. Вот если бы остались какие-то улики, говорящие о том, что именно он убил Омарова, тогда…

Ева снова опустила глаза на руку Оскара, придерживающую карман и едва не упала в обморок от резко отлившей от головы крови. Качнувшись, из последних сил устояла на ногах, умоляя себя не закричать.

Пистолет.