На последние деньги я купила мобильную карту, чтобы позвонить за границу и сообщить маме новости раньше Гулливера. Даже если бы они не были в хороших отношениях, я чувствовала, что она может позвонить ему, чтобы убедиться, что со мной все в порядке, и Гулливер, вероятно, не стал бы скрывать эту грандиозную новость.

Когда я закончила рассказывать маме о своей свадьбе с Лорканом Девани, опустив подробные причины своего согласия, на другом конце воцарилась тишина. — Эйслинн, ты не знаешь, во что ввязываешься. Не разрушай свою жизнь, потому что Имоджен разрушила свою.

Я не могу потерять вас обоих, пожалуйста.

— Это касается не только Имоджен, — сказала я, а потом сморщилась, потому что не хотела, чтобы мама чувствовала себя плохо.

— Они шантажировали тебя, потому что я сбежала. Я должна была знать. Не похоже на Девани, чтобы они оставили что-то без внимания. Я всегда удивлялась, почему они никогда не заставляли меня платить. Теперь знаю. Но, Эйслинн, пожалуйста, не делай этого только из-за меня. Я могу спрятаться и знаю, как думают эти бандиты.

— Мама, как ты будешь скрываться с Финном? Ему нужно лечение, а тебе нужны деньги.

Клан Девани поймает тебя в мгновение ока, и тогда нам придется страдать еще больше. Я могу справиться с этим. Позволь мне найти Имоджен, а потом мы решим, что делать. Я уверена, мы что-нибудь придумаем.

— Эйслинн, — тихо сказала мама. — Не разрушай свою жизнь.

— Я справлюсь с этим, — твердо сказала я, и под этим я подразумевала Лоркана. Может быть, он и был садистом-социопатом — и это было весьма вероятно, учитывая то, что я видела сегодня, — но он, очевидно, проявлял ко мне интерес. Это могло дать мне преимущество в начале.

Мне просто нужно было найти Имоджен до того, как Лоркан потеряет ко мне интерес.

На следующее утро Гулливер объявил, что у нас с Лорканом будет предварительная беседа в церкви во второй половине дня. Я знала, что эти беседы призваны внушить важность брака и взаимных обязанностей супругов, что в нашем случае было совершенно излишним. Наш брак не был основан на каких-либо моральных соображениях, и мой дядя знал это. Вынуждать меня терпеть подобные разговоры было излишне, но, возможно, за этим тоже стоял Лоркан.

Ему явно нравилось мучить меня, даже до того, как я официально стала его женой.

— Лоркан просил передать тебе, что, по его мнению, тебе стоит купить пару платьев, особенно для церкви.

Я стиснула зубы. У меня все еще были деньги, полученные за ночь в «Петле Дум», но мысль о том, чтобы использовать их для покупки чего-либо для себя, вызывала у меня тошноту. Может быть, Лоркан хотел напомнить мне о том, как ужасно началась наша связь. Как будто я нуждалась в напоминании.

— Я думаю, Лоркан прав.