Март ей поверил – Вита его и правда любила своей, собственнической, особенной любовью. Так любят игрушки: приятно, когда они рядом и радуют глаз, а когда надоедают – можно убрать их в чулан.
– Не подведу, – ответил он, встав и теперь возвышаясь над ней. – Мое слово, что я не сдам тебя королю, у тебя есть.
Улыбка Виты стала шире: игрушка поступала так, как требовалось хозяйке.
– Я очень тебя люблю. Возвращайся.
И она крепко обняла его на прощанье.
Он не запомнил дорогу назад.
Снова пошел дождь, на этот раз – мелкий и надоедливый.
А потом мелкие противные капли оседали на лице, мокрые ветви норовили попасть в глаза, а вечно недовольный Мрак опасливо притих, безошибочно чувствуя настроение хозяина.
Защита стояла нетронутой; Пьетро мирно спал в своей комнате на втором этаже, правда, оставил включенным свет в гостиной.
Сознание отмечало эти факты, словно в полусне.
А когда он покинул конюшню, хлынул ливень. Холодный и громкий, с грохотом рушившийся на землю.
Март сбросил плащ, повесил его на перила крыльца и просто стоял, позволяя ледяным струям хлестать себя по запрокинутому кверху лицу, плечам и груди.
Вита была права: практически все, что она задумала, однажды уже случилось. Лионар уничтожил весь их род – Вита хотела сделать то же с его семьей.
Тысячи… Зачем? Чтобы отомстить? Чтобы, как она однажды заявила, отец смог ею гордиться?
«Запомни одно, – сказал родитель своему малолетнему сыну в тот вечер, когда они виделись в последний раз. – Ты Викандер. За этим именем история, честь и гордость.
«Верность и честь», – было написано на их семейном гербе, под мечом и рукой с растопыренными пальцами в черной перчатке…
Верность и честь…
Верность – это поддержать сестру, готовую превратить королевство в кровавое месиво?
Март невесело усмехнулся собственным мыслям, опустил голову, позволяя струям дождя и дальше бить его по плечам, а теперь и по затылку.
Комментарии
Добавить комментарий