Если ты просто играешь в героя, развлекаешься или пытаешься забыть бывшую при помощи общения со мной, то нам лучше все прекратить, потому что… – грудь сдавливает судорожный вдох, но я продолжаю через силу: – Если все зайдет слишком далеко, ты сам пожалеешь, что еще не освоил управление космической ракетой.

Лицо Дария на мгновение теряет краски, а может, зрение подводит от напряжения. Сердце бьет в позвоночник, и я искренне жалею, что не придумала план. Будь он у меня, я бы так не облажалась. Круто разворачиваюсь и уже заношу ногу над порогом, как слышу властное:

Дарий обхватывает меня одной рукой поперек груди, а вторую вытягивает вперед, чтобы закрыть дверь.

Он прижимается к моей спине, теплое дыхание касается волос над ухом, и я слышу сдержанное рокотание эмоций в его спокойном голосе:

– То, что ты любишь истерить и докапываться, я уже заметил. А еще – сбегать, как только понимаешь, что не можешь больше контролировать ситуацию.

– Прости. Я не думала, что все это прозвучит так грубо.

– Это было честно, а за правду не извиняются. Я, конечно, рассчитывал, что мы поговорим в процессе вечера, но можем и прямо сейчас.

Раскроем карты, так сказать. Готова меня выслушать? Или все-таки присядем, нальем вина?..

– Нет уж, давай сейчас.

– Хорошо. Не хочешь повернуться ко мне лицом?

– Ладно, – усмехается Дарий, обнимая меня крепче. – Катюш, мне двадцать восемь лет, восемнадцать из них я был в терапии. Синдром дефицита внимания в детстве, позже депрессия, пять лет медикаментозного лечения и бог знает сколько часов работы с психологами и психиатрами.

– Ты на антидепрессантах?

– Уже нет. Последние четыре года я хожу на сессии только для поддержания результата и разгрузки головы.

С трудом сглатываю и послушно жду продолжения, забыв про анализ. Хочу просто выслушать его.

– Ты права, несколько месяцев назад я действительно расстался с девушкой. Мы были вместе четыре с половиной года, и это были хорошие отношения, как и наше расставание, решение о котором мы приняли обоюдно. Иногда так бывает, два человека выбирают то, что для каждого из них наиболее важно. Она выбрала другую страну и свое дело, а я – остаться здесь. Не хочу говорить громких слов о том, что я проработал все, что можно, и теперь одухотворен и абсолютно чист, но прошлое уже точно в прошлом.

Закрепили?

– Да, – почти бесшумно выдыхаю я.

– Тогда поехали дальше. Я не играю, не притворяюсь, не собираюсь спасать тебя, лечить или каким-либо образом закрывать свои травмы за твой счет. Огромный плюс терапии в том, что я научился отделять свои желания от навязанных и мнимых и прекрасно отдаю себе отчет в каждом слове и действии, выбирая только то, что радует меня или доставляет удовольствие.